В районах малых городов

Совсем одичал, обозлился на дурость,

Вертись, отрывайся, имейся парнями.

Купился, как эти, на фейс и округлость,

Страдаю извечно ночами и днями.

Но сердце свое не хочу отравлять.

Пошла восвояси, стервозная бл*дь!

Искания любви

Стары, как мир, искания любви,

Ответов нет на вечные вопросы.

Дружище, сердцем никогда не лги

И чистым будь, как утренние росы.

Из слов заветных стелятся луга,

Цветут изрядно, вянут обещанья.

Из ожиданий сыпятся снега,

И ливнем льются мрачности прощанья.

Листами клена вырастают дни

С той страстной многогранностью событий,

Что жгут в душе багровые огни —

Источники всех влюбчивых наитий.

Растут, растут и ветки, и листва,

Дожди, ветра неважная помеха,

Небес согреет даже синева

Под звуки гроз и грОмового эха.

Бывает так: от осени привет,

Все усыхает и ложится наземь.

И в тех глазах, где считывал ответ,

Вдруг безразличье непременно скрасит.

Любовная болезнь

Дорогая, я очень и очень взволнован,

Изнутри выжигает до пепла тоска,

Небосвод, как на зло и на мрак, оцинкован,

И накрыла судьбу гробовая доска.

Величаво вошла в мою грешную душу,

Обрекавши на целую груду мытарств.

А теперь уж тебе я и вовсе не нужен,

И любовь – это горечь фальшивых лекарств.

Заметался по жалким ничтожным тропинкам,

Не узнавши заветный и правильный путь.

Я готовлюсь прискорбно к сердечным поминкам,

Захлебнулось оно, и пришлось утонуть.

Ты когда-то застенчивых знала поэтов?

Так запомни, родная, стеснение глаз

В эти первые дни задушевных дуэтов

Неуверенно-приторных искренних фраз.

Дорогая, я очень и очень расстроен,

Не убрать сокровенную жгучую боль.

Этот мир как-то худо и бедно устроен:

Отдавая себя, ты теряешь контроль.

Вдруг судьба нас сведет в городах в одночасье,

И тебя повстречаю под ручку с другим,

Я взгляну неуверенно в сумрачной массе

На тебя, прикоснувшись душевно нагим.

Помятые истории

Рука задрожала, и линии вкривь

И вкось расчеркали небрежно бумагу.

Разросся в глубинах коралловый риф,

В глубинах душевных, подобных зигзагу.

Писал про Нее возвышающий стих,

Но к низу тянула Ее отстраненность.

Под месяцем серым отчайно притих,

Вникая в неясную мне замудреность.

Устроен с погрешностью чертовый мир,

Влюбляемся в тех, уж с которыми нечем

Делиться, уходим забыться в трактир

Иль пишем халтуру под матовый вечер.