Штормило! Море волнующих историй

* * *

«Твой брат, грудной младенец, только под сказки Пушкина и дрых, – сидя с нами, уже взрослыми, на кухне с бутылкой водки на столе, который раз рассказывал нам отец одну и ту же историю и тыкал пальцем в сторону брата. – Проснётся было среди ночи, я к нему. Я вашу мать всегда жалел… Так вот, возьму на руку горлохвата этакого и давай трясти. Трясу и приговариваю: „Вот мудрец перед Дадоном стал и вынул из мешка золотого петушка“… Глядишь, братец твой уже сопит в обе дырки!»

На этом моменте своего рассказа отец всегда тяжело вздыхал и восполнял наши рюмки.

«А ты, Женька – другое дело, – теперь отец тыкал пальцем в мою сторону. —

Помню, ты уже на ножках стоял. Бывало, посажу тебя на колени, давай про петушка рассказывать, а ты ужом вьёшься, сползаешь. Не слушаешь… Думали, думали мы с вашей мамой: почему ты Пушкина не любишь, – да и понесли тебя в поликлинику, врачам показывать. А там – вон какое дело».

В первый раз я услышал эту отцовскую историю, будучи младшим школьником.

И так мне было совестно перед Пушкиным, что я зарок дал: читать его как можно чаще.

Так что кое-что из Пушкина я помню «назубок»!

* * *

Мои родители любили друг друга.

А любовь творит чудеса.

Моя болезнь тем более их сплотила.

Конечно же, отцу с матерью пришлось пройти «огонь, воду и медные трубы», под которыми подразумеваются и бесконечное хождение по врачам; моё вынужденное нахождение в садике для глухих и слабослышащих детей; моя непростая операция по вживлению кохлеарного импланта в левое ухо и коррекционный класс начальной школы.

Однако старания моих терпеливых родителей сделали своё дело.

В средних классах я уже мало чем отличался от других детей.

Напротив, я обладал преимуществом!

* * *

И преимущество это услужливо предоставил мне мой дефект. Дело в том, что вживление импланта, конечно, умная технология.

Но не панацея от глухоты.

Аппарат лишь улучшает слух.

Но не заменяет человеческое ухо.

Как не могут заменить 2—3 десятка электродов в приборе 20 тысяч волосковых клеток в ушной улитке.

Посему я был вынужден осилить следующий список умений: я научился читать по губам; знал язык тела, язык жестов и азбуку пальцев.

* * *

Но и этим дело не закончилось.

Знаете, бывают такие дети, которые, например, рождаются физически слабыми и больными, а потом превращаются в именитых спортсменов?

Так было и со мной.

Мой изъян родители шлифовали как могли.