Антология ярославской поэзии

Я страха смолоду не знал,

Считал я братьями людей,

И даже скоро перестал

Бояться леших и чертей.

Однажды няня говорит:

«Не бегай ночью – волк сидит

За нашей ригой[16 - Рига – хозяйственная постройка для сушки зерна.], а в саду

Гуляют черти на пруду!»

И в ту же ночь пошёл я в сад.

Не то чтоб я чертям был рад,

А так – хотелось видеть их.

Иду. Ночная тишина

Какой-то зоркостью полна,

Как будто с умыслом притих

Весь Божий мир – и наблюдал,

Что дерзкий мальчик затевал!

И как-то не шагалось мне

В всезрящей этой тишине.

Не воротиться ли домой?

А то как черти нападут,

И потащат с собою в пруд,

И жить заставят под водой?

Однако я не шёл назад.

Играет месяц над прудом,

И отражается на нём

Береговых деревьев ряд.

Я постоял на берегу,

Послушал – черти ни гугу!

Я пруд три раза обошёл,

Но чёрт не выплыл, не пришёл!

Смотрел я меж ветвей дерев

И меж широких лопухов,

Что поросли вдоль берегов,

В воде: не спрятался ли там?

Узнать бы можно по рогам.

Нет никого! Пошёл я прочь,

Нарочно сдерживая шаг.

Сошла мне даром эта ночь,

Но если б друг какой иль враг

Засел в кусту и закричал,

Иль даже, спугнутая мной,

Взвилась сова над головой —

Наверно б, мёртвый я упал!

Так, любопытствуя, давил

Я страхи ложные в себе

И в бесполезной той борьбе

Немало силы погубил.

Зато добытая с тех пор

Привычка не искать опор

Меня вела своим путём,

Пока рождённого рабом

Самолюбивая судьба

Не обратила вновь в раба!

3

О Волга! после многих лет

Я вновь принёс тебе привет.

Уж я не тот, но ты светла

И величава, как была.

Кругом всё та же даль и ширь,

Всё тот же виден монастырь

На острову, среди песков,

И даже трепет прежних дней

Я ощутил в душе моей,

Заслыша звон колоколов.

Всё то же, то же… только нет

Убитых сил, прожитых лет…

Уж скоро полдень. Жар такой,

Что на песке горят следы,

Рыбалки[17 - Рыбалки – чайки.

Усевшись в плотные ряды;

Куют кузнечики, с лугов

Несётся крик перепелов.

Не нарушая тишины

Ленивой, медленной волны,

Расшива движется рекой.

Приказчик, парень молодой,

Смеясь, за спутницей своей

Бежит по палубе: она

Мила, дородна и красна.

И слышу я, кричит он ей:

«Постой, проказница, ужо

Вот догоню!..» Догнал, поймал —

И поцелуй их прозвучал

Над Волгой вкусно и свежо.