Пробуждение

Впервые за несколько лет она плакала, а Андрей просто сидел, обнимая ее и ничего больше не говорил, смотря куда-то вдаль.

* * *

Она проснулась в его объятиях. Они все так же сидели на крыше, и он прижимал ее к своей груди, кое-как укрыв ее краем своей куртки. Занималось утро, и солнце уже медленно поднималось из-за горизонта.

– Прости меня… – прошептала Марьяна, думая, что мужчина спал, потому что его грудь поднималась размеренно, а сам он не двигался.

– За что, милая моя Валькирия? – спросил Андрей, погладив ее по плечу.

– За мою слабость. – женщина сжалась, чувствуя волну мурашек, пробежавшую по спине.

Он нежно коснулся ее лица и заставил поднять на него взгляд.

– Я все понимаю. – на губах мужчины появилась очень мягкая, понимающая улыбка.

– Я ни разу не убивала… так. – Марьяна отвела взгляд, отстраняясь от него. – Я всегда побеждала в честном бою. Или убивала быстро.

Андрей вздохнул и погладил ее щеку.

– Он заслуживал этого. – сказал он.

Марьяна уселась, поджав одну ногу под себя, и посмотрела в сторону.

Несколько минут она молчала, потом ее плечо дрогнуло, и она опустила взгляд на свои руки.

– Я хороший человек? – тихо спросила она. – После того, что я сделала – могу ли я все еще считать себя хорошим человеком?

– По настоящему хорошие люди иногда делают то, что необходимо. Даже если кому-то это может показаться жестоким. – Андрей глянул на коробочку, стоявшую рядом.

Он открыл ее и достал пару самокруток. Подкурив их, он протянул одну женщине.

Та взяла ее, но будто задумалась о чем-то. Пару секунд спустя она мотнула головой и сделала глубокую затяжку.

– Может, пойдем, согреемся? – предложил Андрей. – Поедим… выпьем. Илья истосковался. Очень за тебя переживает…

Марьяна задумалась и, наконец, кивнула. Мужчина поднялся и протянул ей свою руку, но она продолжала сидеть, задумчиво смотря на его ладонь, пока не подняла на него взгляд.

– Я пойму, если ты больше не захочешь проводить со мной время. – сказала она тихо, выдохнув струю дыма.

Андрей улыбнулся и мотнул головой:

– С чего вдруг?

Она, наконец, взяла его руку в свою, и поднялась на ноги, пошатнувшись от внезапно навалившейся на нее слабости. Сержант мягко обхватил ее талию.

– Ты еще не поняла? – тихо сказал Андрей, притянув ее ближе к себе. – Я влюблен в тебя. И ничто не заставит меня чувствовать иначе.

Он заметил, как ее губы дернулись, а взгляд подернулся легкой дымкой, словно она была готова вновь расплакаться.