Сбежать от зверя. Прощение

 – Ты права, у меня сегодня в планах взять тебя в заложники и пригрозить остричь под мальчика, если не выложишь мне все.

– Это на тебя больше похоже. – Искры исчезли из ее голоса, и Катя потухла.

– Я не хотел тебя обижать. – Поймал ее взгляд, и тот дрогнул.

– Ты не обижаешь. Я просто твой врач.

– А за что ты меня любишь? – забылся я, почувствовав слабину.

Катя растерянно моргнула и отвела взгляд.

– Ну, в тебя сложно не влюбиться, – начала уклончиво и добавила: – Мне. Ты надежный, Тахир.

Верный. Любящий… Ты когда любишь, то… – она замялась, – очень хочется быть той самой…

– И кого я люблю? – сузил я глаза на лице Кати.

– Ты любишь другую.

– И где она? Не любит меня?

– Черт, Тахир! – рыкнула Катя. – Ну вот как я в который раз позволяю обвести себя вокруг пальца?!

– Она меня бросила? Ушла? – давил я, чувствуя, что изнутри поднимается волна такой злости, с которой я сам не могу справиться.

– С ней все в порядке! Но тебе надо поправиться!

– Ты ее не пускаешь ко мне?!

Приборы взвыли, загорелась красная лампа, а Катя метнулась к тумбочке.

Зверь внезапно рванулся из глубины сознания и затих уже на поверхности. Откуда-то мы оба с ним знали, что выходить из себя больше нельзя, иначе это будет огромным шагом назад от свободы и возвращения памяти. Мне на некоторое время заложило уши, но неожиданно все прояснилось, и я встретил Катю с уколами и бригадой медиков совершенно спокойно.

– У Кати просто халат расстегнулся, – пожал я плечами на недоумение врачей.

 – Вот давление и подскочило.

Ведьма залилась краской, бросившись поправлять безукоризненный внешний вид. А я проводил безразличным взглядом ее бригаду и устало откинулся на подушки.

– Не делай глупостей только, пожалуйста.

– Почему ты не говоришь? – сузил я на ней глаза, в который раз требуя ответов.

Она подошла ближе:

– Я уже объясняла: это очень опасно для тебя. Ты был на волоске. Если ты не восстановишься, то не сможешь никому помочь, понимаешь? Вспышка – и ты снова сорвешься.

И снова койка, транквилизаторы и искусственная кома.

– Я сорвался?

– Нормально так сорвался. Ты хотел покончить с собой, когда я тебя нашла.

– Покончить с собой?

В голове вдруг крутанулись калейдоскопом картинки: стол, холодный ствол в руке… и обрывки разговора по мобильному.

– Слушай… – На плечо легла ладонь. – Дай себе еще хоть несколько дней. Черт! – И она сжала ладонь в кулак.