Мера воздаяния

– Обычно кажется, что да, а иной раз вспомнится то доброе, что было между нами, и задумаешься. Несчастный он, чувствую, погубит он себя своим характером, и так и останется одиноким, никому не нужным.

– А как насчёт сойтись?

– Это исключено! Хватит, натерпелась; всю душу измотал он мне.

Женщина вздохнула и закусила губы; на лице её проявилось выражение глубокой печали.

– Вы такой необыкновенный; приятно было познакомиться, правда, – сказала Саша, перед тем как расстаться со мной на перроне ольмапольского вокзала.

– Всего доброго, – сказал я. – И вот что: больше не берите билет в купейный вагон. Это, как вы убедились, небезопасно.

– Не буду, – смеясь, ответила Саша. – А то нарвёшься опять на каких-нибудь попутчиков-дикобразов. Ой, чуть не забыла! Дайте-ка номер вашего телефона – на всякий пожарный, вдруг и в самом деле случится такое, что…

Она не закончила фразу.

– Хорошо, записывайте, – сказал я и продиктовал необходимые циферки.

– Удачи! – бросила попутчица напоследок, помахав мне рукой.

Она скрылась в вокзальных дверях, а я направился к стоянке такси. Подумалось, что надо было взять номер Сашиного телефона. Но для чего? Чтобы продолжить знакомство с ней? Это уже лишнее, не за тем я сюда приехал.

Мысли переключились на цель поездки.

Глава пятая. В пункте назначения

В Ольмаполе я остановил свой выбор на «Заезжем доме «Таверна Кэт»» – это полное название гостиницы – небольшой, притулившейся в стороне от центра города, посередине тихого квартала, что меня в наибольшей степени и устраивало, ибо хотелось находиться подальше от избыточного шума, суеты и лишних глаз.

Старинное двухэтажное здание «Таверны» мало чем отличалось от других квартальных строений, не считая вывески.

Одноместный номер на втором этаже, который мне предоставили, показался вполне ничего себе. После аскетизма армейской жизни и шести лет пребывания на зоне я был не слишком требовательным к удобствам, а роскошь даже тяготила в некоторой мере: я не знал, куда девать себя в богатой меблировке, и постоянно боялся прикоснуться к какому-нибудь лакированному великолепию.

Почти квадратная светлая комнатка со столом у широкого окна, выходившего на пригостиничный дворик с куртинами зелёной подстриженной травы и в зелень же окрашенными дворовыми постройками, два стула с бархатными сиденьями, холодильник, телевизор, отдельный санузел, удобная кровать – всего этого было достаточно.