Романтик. Село Хомутинино: нравы и люди

Своенравная звезда Полярная подхватила Медведиц за хвосты и кружит в небесном вальсе. Будто из пыльного мешка вытряхнут Млечный Путь. Луна, светило ночное, вынырнув из-за леса, давит небесных светлячков сияющим колесом и томит сердца женщин.

Медленно и торжественно округа погружается в сон. Красота!

Расскажу-ка ещё одну из местных легенд на сон грядущий…

В стародавние времена, до появления в Пятиозерье первых переселенцев славянской наружности, кочевали здесь башкирские племена – хранят память об этом названия рек и озер.

Недалече от Хомутинино находится озеро Дуванкуль. «Куль» по-башкирски – озеро, Дуван – имя хана, который разбил как-то на его берегу своё стойбище.

Много людей было в орде, скота и, как полагается, жен у хана не счесть, но лишь одна – наилюбимейшая. Красива, стройна, нрава ласкового и покорного – души в ней не чаял супруг.

Было счастье недолгим – в родах умерла молодая жена, оставив сироткою дочь-малютку. И чем старше становилась девочка, тем больше напоминала мать – глазами серны, повадкою кроткою, ласковым словом.

Уж так любил-баловал хан дочурку – сердца отраду!

Да лиха, знать, судьба – в силу закона притяжения неприятностей с красотой унаследовала дитя и здоровье матери: не расцветя ещё, стала чахнуть.

И что только не делал несчастный отец, из каких краев лекарей-шаманов не звал. Лечили знахари её, кто чем горазд: заставляли вкушать землю из святых мест, мочу ослиную пить – но напрасно все: девочке становилось хуже день ото дня.

Она исхудала, аппетит потеряла и ела через силу три раза в день по чайной ложке жирной башкирской шурпы.

Похожа стала на сухую луковицу – к тому же живот заболел, и другие неприятные симптомы появились от шаманских снадобий. Далеко ль до беды? Да нет, беда уже на пороге…

А надо сказать – до Казахстана от нас рукой подать и, стало быть, до казахский кочевий. В те времена набеги разбойные – дело обычное: то соседи в угодьях Дувана разбойничали, то он на них войной хаживал.

В одном из походов попался добычей лекарь, казах молодой, который даже в плену не оставлял больных заботами – лечил и своих, и башкир весьма умело.

До хана дошло…

У того спрос короткий и взыск суровый – мол, не излечишь дочь мою, твоя голова с плеч слетит.

Посмотрел пленный лекарь на девушку и сказал: «По силам мне, хан, дитя твое излечить. Поставь лишь шатер, где я укажу».

А надо сказать – молва о живительных свойствах грязей и вод Пятиозерья дошла и до казахских степей.