Крылья по графику. Пьесы для чтения

А душа моя всегда Сонет. Да, к тому же я с ней, то есть с ним, поссорилась, и теперь некому за меня на том свете походатайствовать. (Баллада негромко рыдает, подвывая).

АлТуз. Я не нарочно. Не рви мне душу. Про себя: Слава Богу, утряслось. (Баллада молча бросает халат в сумку и уходит. АлТуз потерянно бродит по комнате.) Потерял я Балладу, и сердце моё не справляется. Вызваю скорую.

Сцена четвертая. Мы из реанимации:

встреча с медведицей

АлТуз. Привезли в реанимацию, но тут не так уж плохо.

В углу бабушка лежит и со своими снами разговаривает.

Все слушают, боятся помешать. И тут она прощается с Васей из своей прошлой жизни. Зовет: «Вася» таким трагическим голосом, что рыдает вся реанимация. А я, так до сих пор, время от времени слышу призыв: Вася.

Она от своего крика проснулась, посмотрела на потолок и спросила:

«Где я? Что это?» Мы хором вразброд, про себя: «Мы с тобой». И она мирно уснула на пять минут.

В это время мужик в другом углу закричал: «Какать!» И еще, и еще.

Какать, какать. Санитарка его облагообразила, он затих и умер. Тут аппараты громко заверещали, и прибежала толпа людей в белом. Ему на сердце утюг поставили и в сеть включили. Ожил, тихо так посапывает – спит. Легко покакал, без натуги умер и ожил без затруднений.

Тут привезли новенькую. Мы молча удивились. Три часа ночи, а она «Здрасте». Мы все голые, а она в рубашке, да еще в носках.

Потом люди в белом все вышли, и тут новенькая заревела бурым медведем. И ревет, и ревет. Мы все молча возмутились, даже бабушка вместе с Васей молчит, слушает, медведя боится.

Пришла Белая сестричка, подсела к ней, говорит: «Нехорошо, Евлампия Прохоровна, так людей пугать». А она приостановила рев и говорит человеческим, спокойным голосом: «И пореветь перед смертью нельзя?» И опять реветь.

Укол сделала сестричка нашей медведице, и тихо стало. Сновидица тоже не говорит, видно рев в свою жизнь закатывает. Вспоминает, где же это произошло.

А наутро меня с медведицей из реанимации выписали.

Шли мы к метро и смеядись.

– Откуда такие веселые? – спросил встречный мужичонка. – Мы из реанимации, – ответили и пошли дальше.

Так мы победили смерть, Евлампия, притворившись медведицей, я, не сорвав провода и смирно лежа в своем бункере кровати. Хороший медведица человек, но, думаю, блатная, кого в реанимацию в носках привезут, если не блатную… И пошел я домой.

Сцена пятая. Насельники

АлТуз. Прихожу домой, Баллада меня ждет.