Мой немецкий брат

– Наташа, спроси у него, пожалуйста, – обратился я к ней за помощью, – пусть скажет, Реал или Барселона?

Но парень и так понял мой вопрос, без перевода.

– Реал! – сказал он.

Я протянул ему руку. Он улыбнулся всеми 36 зубами и пожал её.

– До свидания, друг! – я обернулся в дверях.

– Да Свиданья, амиго! – он помахал мне вслед.

Собирать вещи мы решили после обеда. Собственно, собирать должна была Наташа, потому как равных ей в этом мероприятии нет. Сам обед прошёл незаметно. Еда уже прискучила, ресторан тоже, вообще тут всё надоело с одной стороны, а с другой, и уезжать не хотелось.

Сразу после обеда мы пошли погулять. Прошлись по пешеходной дорожке вдоль моря, посидели на скамейке. Каждый из нас молчал о своём. Прошло всего четыре месяца, как мы познакомились, а впечатлений больше, чем за всю прошлую жизнь.

– Макаров, я дурачусь, а ты всё время ведешься, – нарушила Наташа средиземноморскую прибрежную тишину.

– Потому что это мне это очень нравится – я был искренен в ответе.

Если бы я сейчас писал сентиментальный роман, то в этом месте должен был быть долгий страстный поцелуй, но его не было. Было состояние невесомого счастья, который каждый из нас понимал по-своему, и это было понятно и без слов.

В номере Наташа принялась за укладку вещей. У нас получилось три чемодана, плюс ручная кладь. Наташа терпеливо складывала вещи, аккуратно заматывала купленные нами бутылки с вином, оливковое масло, набор маленьких бутылочек с Сангрией.

Процесс укладки вещей затянулся, и к ужину мы не успели. На ужин мы пришли просто попрощаться с рестораном. Утром мы уезжали до завтрака, поэтому заказали ланч в дорогу. Сам ужин не запомнился ничем. Мыслями мы уже были далеко.

Наконец, все чемоданы собраны, сумки упакованы. Утром автобус за нами будет в 6 утра, поэтому надо проснуться хотя бы в 5. Сна в эту ночь не было. Ну, может быть часа 3 я и поспал. Где-то в половине пятого, я встал окончательно. Было сыро и холодно. На море поднялась высокая волна, и шум стоял громче, чем обычно.

Наташа тоже не спала. Мы стали не спеша одеваться. Постели мы никогда не убирали за собой, в Европе это делают горничные, за что им оставляют чаевые.

Мы тоже оставили по евро с каждого, положив их на стол. Где-то в половине шестого мы были готовы окончательно. Посидели перед дорогой, закрыли дверь и пошли не спеша к лифту. Наташа опять не туда пошла, но уже Нурик подсказал ей правильную дорогу.