Скажи мне что-нибудь хорошее

– Дмитрий Михайлович, вам чай или кофе? А хотите, могу травок заварить, лечебных – сама собирала.

– Спасибо, я завтракал.

– А я не успел, – встрепенулся Леонид, протянул руку и ловко стянул чашку с кофе.

– Ах ты обормот! – рассердилась Вановна. – Пускай тебя твои девки кормят. Я что, должна на тебя свои деньги тратить?

– Вопрос поставлен некорректно, но правильно! – поднял вверх указательный палец Синичкин и отхлебнул небольшой глоток. – Эх, замечательно! А насчёт денег? Денег нет. До получки ещё два дня.

– С капустой? – Вановна с сомнением понюхала пирожок.

– Да ладно, не отравит, – усмехнулся Грибов.

– Он-то нет, зато его могут, – фыркнула Марина и, откусив кусочек, подтвердила. – С капустой.

Она доела пирожок, тщательно вытерла пальчики и, понизив голос, с таинственным видом посмотрела на окружающих. – А вы слышали новость? Нашего директора в пятницу вызвали в главную контору.

– Не в курсе, – отрицательно покачал головой Грибов. – Хотя, если это правда, то скоро придётся побегать.

– От судьбы и начальства не убежишь, – рассудительно заметил Синичкин, внимательно разглядывая кофейный осадок. – Девушки, а можно повторить? Кстати, если верить знакам, проступившим на этой гуще, сегодня в универмаге скидки!

Телефонный звонок прервал их мирную беседу. Дмитрий Михайлович поднял трубку и услышал голос Китяева.

– Не занят? Зайди на пару слов.

– Иду, – Грибов положил трубку на место и поднялся. – Я к начальству,

– Вы там надолго? – тотчас полюбопытствовала Марина.

– А что?

– Можно, мы в «Универмаг» слетаем? – она умоляюще сморщила носик. – Посмотрим, что завезли?

– И опять пропадёте на целый день, как в прошлый раз? Тогда тоже обещали на минутку, а сами во сколько появились? А?

– Ой, что вы, одним глазком, и сразу назад.

И они тут же, пока он не успел передумать, исчезли.

Завидев Грибова, хозяин кабинета слегка привстал в кресле. Это был высокого роста, представительный мужчина с тяжёлым, проницательным взглядом. Возраст и сидячий образ жизни основательно подпортили его некогда стройную фигуру, а аккуратно расчёсанные поредевшие волосы с трудом скрывали большую лысину. Вот уже почти десять лет он сидел в этом кресле и фактически тащил на себе всю черновую работу. Но, по его мнению, жизнь складывалась удачно.