Ниточка. Маме

Ни умиляться не умею, ни раздражаться, глядя на детей. Я, кстати, педагог по образованию. Но, вопреки этому, дети меня любят. И я их. Преподавать – боже упаси. Воспитывать – увольте. А вот общаться – то, что надо.

Вот о чем спрашивают меня мамочки на детских площадках:

– Сколько вам (о ребенке)?

– Своя или снимаете (о квартире)?

– В декрете или работаешь (обо мне)?

Скукотища…

А вот чем интересуются ребятишки:

– А вы любите ее (про дочь)? А когда большая будет, будете любить?

– А он хороший (про мужа)? Он вам ромашки дарит?

– А вы умеете по деревьям лазать? А если придется?

– А вы бы улетели жить на Луну? А если с семьей?

Вот об этом говорить интересно.

Это, правда, важные темы.

Инга Валерьевна, лечи свою ангину и выходи гулять – без тебя плохо. И странные тети спрашивают меня про то, ходим ли мы в горшок и до какого года у нас ипотека.

Скукотища…

Про березу

Перечесть мои родительские заметки, так и впрямь выходит, что матерь из меня ангелическая, почти что божья.

Само собой, и прикрикнуть могу, и устало-злой бываю, и «не подходи ко мне, ребенок» бывает чаще, чем хотелось бы. Но это еще полбеды. Самый рок-н-ролл, когда именно с лояльностью и приятельством перегибаю палку. Иногда у меня бывают заскоки, и болтаю с дитем без скидки на возраст. Это вот очень зря. Например, на днях.

– Ааааа, не хочу я учить этот стих, – поднывает Карамель. – Белая береза… Под моим окном… Не хочу!

– Очень даже тебя понимаю, – говорю я.

И в этот момент во мне просыпается Прогрессивный Педагог (кто-то вроде Халка, знаете. В пучинах личности адекватной – личность мало контролируемая).

Прогрессивный Педагог (далее – ПП) жаждет заинтересовать. Мечтает поделиться. Алчет восторженных глаз и пристального внимания. Грезит тем, что будет дитю интересней соцсетей.

– Ребенок, а ты вообще знаешь что-нибудь о поэте, который про березку написал?

– Неа, – радостно отзывается дочь и садится поудобней.

Она знает: коль в маме разбушевался ПП, то ща будет интересно.

– Он был красавчик. На Эдриена из «Леди Баг» похож. Блондин, любимец женщин. И вот трагическое что-то есть в его стихах, да? Чувствуешь? А знаешь почему?

Далее следует коротенькая лекция, после которой просветленная и просветлевшая Амель выдает:

– Мам, если он был алкоголик, то я не буду его стих учить. Фуууууу!

– Ребенок! Ты ничо не поняла, садись обратно.