Чужой гость

Изрядная доля тщеславия всегда была в Филиппе, но сейчас она вырвалась на свободу, уже не сдерживаемая им, и он погрузился в неё с головой, отдавая себе, впрочем, неясный отчёт в возможной неудаче. Но она ещё больше подстегивала воображение, а воображал он славу, признание своего таланта. Всюду, но только не в этом большом зале, он сомневался в нём, проверял его границы, и часто задавался вопросом, если он есть, когда же иссякнет и оставит своего обладателя? Пока он ни в чём не был уверен.

От раздумий его отвлёк шорох открывшейся двери.

Потом дверь снова закрылась, послышался звук шагов. В зал вошёл один человек, и слышно было, что передвигается он уверенно, и ориентируется в запутанных переходах на диво хорошо. Скоро между двумя колоннами Филипп увидел его. Это был мужчина лет сорока пяти, одетый в коричневый костюм – тройку, державший подмышкой какой- то предмет. Присмотревшись к нему, Филипп понял, что это папка с бумагами. Вошедший подошёл вплотную к художнику, дружески улыбнулся, протянул свободную руку, как будто встретил давнего знакомого:

– Приветствую, Стоддард!

Филипп ответил на рукопожатие.

– Осматриваетесь? – всё также дружески улыбаясь, спросил пришелец.

– Да, Макс! – теперь и Филипп позволил себе улыбку.

– Это правильно! – Максвелл Дэшен похлопал Филиппа Стоддарда по плечу. – Думаю, пора обсудить наше дальнейшее сотрудничество.

При этих словах галерист указал на папку, что принёс с собой.

Филипп ещё не успел ответить, а Дэшен уже продолжил:

– Здесь неподалеку есть маленький ресторанчик.

Там нам будет удобнее поговорить обо всём! Очень надеюсь, Вы голодны так же, как я!

15

Надежды Дэшена не оправдались. Филипп Стоддард заказал чай и выглядел страшно довольным собой, хотя Максвеллом явно овладевало недовольство. Человек деятельный, он считал, что с людьми легче и лучше договариваться на нейтральной территории и любил для этого использовать такой приём, как приглашение на обед или ужин.

Но теперь они сидели друг напротив друга, и пауза в беседе уже прилично затянулась.

Первым делом Филипп узнал, что стало с его старыми знакомцами. Когда – то давно он тесно сотрудничал не столько с «Дэшен – Арт», сколько с Николасом и Эвелин, супружеской четой Дэшен и владельцами галереи, её основателями. Они были дружны многие годы, но затем близкую дружбу их Филипп подверг тяжкому испытанию; он переселился в Оксфордшир.