Осязаемая реальность. Остаться самим собой

Маленькая, грязная, прокуренная и пропитая квартира со старой мебелью всех времен социализма: от послереволюционного периода до полной победы развитого. На стенах красовались сотни автографов и рисунков, в основном неприличных, авторами которых были его гости.

Лютик встретил ее в махровом длинном заношенном халате. Он с гордостью продемонстрировал автографы трех-четырех звезд российской эстрады. Это была его жизнь. Пригласил Марину разделить с ним его поздний завтрак – подгоревшую яичницу с помидорами.

Телефон звонил беспрерывно. Лютик отвечал на звонки всем по-разному. Режиссеру с телевидения – заискивающе, матери – что, мол, очень занят, какому-то приятелю – что тот всегда звонит ему не вовремя, какой-то актрисе – что он готов читать ей стихи дни напролет и особенно ночи.

Сидя на его грязной кухне, Марина слушала его бесконечные рассказы о творческом пути в большое искусство. Лютик поставил пластинку с записями своих песен. Они были популярными, знакомыми, тексты песен – талантливыми, но вовсе не гениальными, как представлял их всем Лютик.

Потом он показал несколько небольших книжечек со своими стихами.

– Вот это все мои достижения. Ты слышала, как Репа меня хвалил. Теперь несколько лет будут идти по стране спектакли с моими песенками, денежки будут капать – кап-кап, – книжечки переиздаваться – опять-таки кап-кап! Вся артистическая братия будет крутиться около меня. Халявщики фиговы! Заживем!

– Лютик, извините меня, пожалуйста, но мне представляется, что вам еще работать и работать, чтобы ваши друзья начали смотреть на вас так же преданно, как на даче гости смотрели на вашего Репу.

– Ну, ты и дурочка! Ни фига не понимаешь! Без слов нет песен – одни мотивчики. Умные красивые слова – половина успеха. Просто у Репы огромные связи, он всех знает, все дела свои умеет устраивать. И дела тех, кто с ним рядом трется. Одна команда – вот все в рот ему и смотрят. А без этого, кому была бы нужна его поп-музыка? Ну, никак он не Джон Леннон.

Дальше Белорусской ССР и Украинской ССР никто этих песен петь не будет. Я лично свое место знаю, я бабки зарабатываю, а он считает себя советским гением.

– А вы не боитесь, что все пропьете, и ничего у вас не останется?

– Так, все, хватит учить отца, как ему жить.

– Мне вас вообще-то очень жаль, вы талантливый человек, но вы совершенно неправильно живете. А скажите, от меня вам что нужно?

– Милая барышня, могла бы и догадаться.