Осязаемая реальность. Остаться самим собой

Рядом лежала белоснежная хрупкая девушка: длинная девичья шейка с маленькой черной родинкой, еще по-детски угловатые плечи, упругая молодая и необыкновенно красивая грудь, по которой стелились густые черные вьющиеся волосы, сквозь них виднелись два маленьких бледно-розовых соска, тонкая талия, длинные ноги и нежные ласковые руки. И это невероятное счастье сейчас принадлежало ему.

– Девочка моя, хочешь кофе? Я лучше всех в мире умею варить кофе по-турецки. Сейчас принесу.

Марина укрылась одеялом.

Ей было непонятно, любит она его или просто жалеет. Как ни старалась, Марина не могла ответить себе на этот вопрос. Говорят, у любви нет цели и этим она и прекрасна. Но является ли такая любовь достойной? Не унизила ли она ее?

Если бы всему в этой жизни находилось объяснение…

Лютик действительно оказался необыкновенным любовником – нежным, чутким, страстным и деликатным. В постели он был богом и опытным сердцеедом. С одной стороны, ей казалось, что он, такой взрослый мужчина, должен и будет всегда ее любить, боготворить и защищать.

С другой стороны, она задавала себе вопрос: «И зачем мне все это, зачем? Хочу ли, смогу ли я его изменить?» И решительно себе на это отвечала: «Да, смогу, он страстно полюбит меня, и все в его жизни изменится в лучшую сторону. Он талантлив, будет писать стихи, я буду работать, ухаживать за ним. Он просто опустился, он никому не нужен. Иллюзии, иллюзии… А мне-то он такой нужен? Зачем?»

Это наваждение длилось несколько месяцев.

Лютик часто напивался, оскорблял всех, в том числе и Марину. Потом, на следующий день, звонил, извинялся, умолял о встрече. Марина не могла по-другому, она его прощала, любила и жалела.

Они снова мчались на машине то в Абрамцево, то в Загорск, то в Переделкино, посещали художников, писателей, композиторов, встречались с разными друзьями, потом неслись на какие-то премьеры в Дом журналистов. Он снова ее неистово любил, сходил с ума, писал стихи, читал их, клялся, что они посвящены Марине, врал ей на каждом шагу и пил, пил, курил, сквернословил, изменял… Предавал, не осознавая, что постоянно предавать горячо любящего человека нельзя.

Постепенно душа Марины сгорела, превращаясь в серый равнодушный пепел. Какое-то время она как-то еще умудрялась его прощать, но доверять ему уже не могла. Отношения продолжались, но их давно уже насквозь пронизывала пошлость.