Целительный воздух. Остаться самим собой

Как ты думаешь, кто может это выдержать в течение десяти лет, какую надо иметь нервную систему? Сколько за эти годы мне пришлось написать научных докладов, статей, где мой шеф всегда был на первом месте в списке авторов? А тот брал ручку в руки только, чтобы ставить подписи под документами и приказами. Это был бывший кадровик Академии наук, «вершитель судеб».

– И из-за этого ты чуть не рассталась с жизнью? Да пропади все это пропадом! Ну ладно, а второй инфаркт из-за чего? Такая была у меня шикарная свадьба! Столько народу было и столько положительных эмоций! Мы же тебя тогда еле спасли.

Ты что, так сильно переживала из-за меня?

– О господи! О чем ты? Это точно не из-за твоей свадьбы, это тоже из-за работы, у меня был доклад в Госплане, сложное выступление, оно требовало особого внимания, труда и смелости. Кстати, с первым мужем ты развелась, а значит, и свадьба та была большой суетой и тратой сил и денег. Была ты счастлива? Судя по всему – не очень-то. Теперь тебе надо растить старшего сына вдали от отца.

Я это предчувствовала и много раз тебя предупреждала.

– Мама! Значит, я все-таки всегда была на втором месте у тебя после работы.

– Нет, это не так, ты доживешь до моих лет и многое поймешь. Правильно расставишь все приоритеты. Работа – это не только для меня, но и для вас всех, для тебя в частности.

– А инсульты? Тоже из-за работы, из-за твоего вынужденного ухода с работы? Верно?

Ида молчала. Потом продолжила:

– Я хотела бы тебе прочитать то, что я написала, кое-что прокомментировать, но тебе всегда некогда.

Вот и сейчас ты прибежишь домой и будешь готовить, стирать, убирать, кормить всех и мыть посуду. Вот это пока вся твоя жизнь, а моя жизнь быстро уходит… Все потом, потом… Бог даст, все узнаешь, оценишь и поймешь.

– Мама! Ты же не веришь в Бога?

– Не знаю, верю только в реальные истории, иногда упоминаю его всуе. Я воспитана по-другому. В нашей вере никто не молит о спасении, о бессмертии. Нет посмертного наказания, и нет посмертного спасения.

Нельзя купить индульгенцию. Все наказания осуществляются при нашей жизни, и будущее создается только нами, нашей свободной волей и только сейчас. Но ты, увы, пока, как и все в твоем возрасте, очень далека от этих мыслей.

В коляске завертелся ребенок, сын Стасик открыл глазки…

– Смотри, Лиля, ребенок, кажется, просыпается, надо идти домой. Вот и все, кажется, поговорили…

С Идой всегда было очень непросто откровенно разговаривать.