Соколиная охота

Снова, – после неловкого молчания, произнес Кречет. Неожиданно было услышать это от него. Особенно, после столь суровой предыстории. Пока Чижик соображала, что это может означать, Сокол вновь откинулся на спинку стула.

Неизвестно как закончился бы этот разговор, и что именно пытался донести до нее Сокол, но внезапно, в помещении возник Снегирь.

– Ах, вот вы где! – всплеснул руками он. – А я везде вас искал! Вам необходимо ознакомиться с новым графиком работы Зала. Слишком много записей на этот месяц. Я полагаю, не стоит напоминать, что вы в нем только гости? И установкой сегодня будут пользоваться два состоятельных клиента, поэтому, ваша смена немного передвинется.

Ждите моих распоряжений, у остальных же, сегодня внеплановый отгул.

– Насколько передвинется? – без особого удовольствия поинтересовался Кречет.

– Этого я не могу знать. Наш клиент человек очень деловой, и прибудет сразу, как освободится. Часом раньше, часом позже, какая вам разница? А Вы, собственно, что тут делаете? Разговоры разговариваете? – подозрительно спросил сотрудник.

– Да, разговоры. По работе. Напоминаю Чижику свод правил, – невозмутимо ответил Сокол.

– А вот это, правильно! – похвалил Снегирь и направился к выходу.

– Увидимся, – кивнул девушке напарник, и так же удалился.

Чижик осталась одна. Делать было нечего, и чтобы хоть как-то убить время, девушка достала плеер. С музыкой по жизни – вот ее девиз. Когда бывало скучно, она слушала музыку. Когда становилось грустно, она слушала музыку.

Когда все было хорошо, она включала музыку, и, поддавшись порыву, начинала тихонько подпевать. На любой случай жизни, у нее всегда нашлась бы своя композиция. Именно музыка даровала ей весь тот спектр эмоций, недополученный в реальной жизни.

Найдя на столе листок и пару ручек, девушка машинально начала рисовать. Сначала, это были просто затейливые узоры, похожие на сплетение неких таинственных растений. Затем, она перевернула лист, и от края до края вдруг протянулись красные, выжженные вершины, настолько схожие с оригиналом, что Чижик и сама этому удивилась.

Обитель многоножек всегда производила неизгладимое и удручающее впечатление. На первый взгляд, эти высоты казались безжизненными, но кому как не Чижику было знать, что это впечатление обманчиво. Вспомнив об этом, она прорисовала несколько пещер, являющихся входами в гнезда жутких тварей, а затем, отложив красную ручку, взяла синюю, и раскинула по неприступным склонам крошечные нежные цветы.