Фотостудия

 – Да, ширму сейчас соберём и… и… и я поглажу потом скатерть, которую на стол, там такой полоской тонкой надо посередине, и всё. Ну, и, может быть, гирлянды на стенах развесим.

Улыбнувшись, Женя посмотрела на Максима. Вздохнув, тот поплёлся к панели.

– Мне бы твой энтузиазм, – буркнул он.

– А ты ножками быстрее шевели, – сказала она и, шлёпнув его по заднице, убежала в коридор за утюгом.

Через полчаса поисков, когда было перерыто вообще всё, что только можно, все полки, шкафы во всех коридорах и пристройках, тумбочки и подоконники, вообще всё, выяснилось, что утюга нет.

Женя проверила даже в спальне под подушками, думая, что в запарке могла закинуть его даже туда, но нет. Утюга нигде не было. Расстроенная стоя посреди спальни и хлопая глазами, она ещё раз обвела вокруг себя взглядом и, пожав плечами, вернулась в зал.

– Утюга нет, так что, одним делом меньше, – объявила она, подходя к Максиму.

Тот, всё в той же позе, как раз заканчивал покраску панели, на которой оставалась непокрашенная полоска шириной двадцать сантиметров.

– У-ра, – глухо произнёс он.

Его саркастичность начинала действовать на нервы. Женя скривила губы и сложила руки на груди.

– Как у тебя дела? – спросила она, осматривая панель.

– Заканчиваю, – констатировал Максим.

На удивление, панель оказалась покрашена равномерно. Женю это сильно обрадовало, ведь теперь хотя бы это можно было не переделывать. Как выяснилось в ходе ремонта, руки у Максима росли из того места, на котором он любил сидеть.

Из-за этого Жене частенько приходилось заставлять его делать что-либо заново, либо переделывать это самой. Она улыбнулась и погладила Максима по спине.

– Умница. Я пошла за гирляндами, – сказала она.

– Так ещё не высохло, – произнёс Максим, повернув к ней голову.

– Я за теми, что на стены, – отозвалась Женя уже из коридора.

Раскручивание шестиметровой гирлянды, купленной на Авито, отняло много времени. Максим, забиравший её у продавца, не удосужился проверить, как она запакована.

Женя, уже минут пять крутившая очередной провод из стороны в сторону, пытаясь понять, как его вытащить из узла, старалась убавить раздражение и злость, поднимавшиеся из глубины души ко рту. Она намеренно старалась не смотреть на Максима, который раскручивал узлы на другом конце гирлянды. Господи, как можно быть таким… остолопом! Женя, закрыв глаза, глубоко вздохнула и ей стало легче. Раньше, до всего этого, она не замечала, что Максим такой бестолковый.