Самые разные сказки. Книга сказочных историй

Филипп снял змею, ползавшую в рыжих волосах девушки, и делавшую ее похожей на Горгону, погладил ее по крохотной головке и положил обратно в корзину. Он придал телу то положение, в котором хотел его видеть, и спокойно продолжил рисовать. Закончил он глубоко за полночь, бросился на кровать рядом с Розой, обнял ее, поцеловал в полуоткрытые губы, и уснул. Утром он снова взялся за кисть, продолжая совершенствовать портрет, любовно выписывая каждую деталь, ревностно нанося малейшие оттенки цвета на холст. К вечеру он закончил рисунок, еще раз придирчиво осмотрел его, и остался доволен.

А когда темнота стала такой черной, что ничего не было видно даже в полуметре, он взял Розу на руки и вышел на улицу. В дальнем уголке его прекрасного сада среди цветов и травы он вырыл глубокую яму и положил туда Розу.

– Ты никогда не будешь старой, дорогая, – прошептал он прежде, чем начать засыпать ее, – у тебя никогда не будет морщин. – От яда тело начало чернеть и распухать в месте укуса, и он, заметив это, с отвращением отвернулся, быстро орудуя лопатой.

Когда яма сравнялась с землей, он посадил туда розовый куст, чтобы скрыть следы преступления. Если он и был в чем- то сумасшедшим, все-таки некий здравый смысл в нем присутствовал. И этот здравый смысл не отказал ему и теперь. Он знал, что у Розы не было родных в его городе, она была начинающей натурщицей, и вряд ли кто ее хватится в ближайшее время…

Он взял лопату, аккуратно очистил ее от земли и отнес в сарай, а потом, не оборачиваясь, пошел прямо в дом, и закрыл за собой дверь.

Он проспал до обеда, а когда встал, наконец, с постели, ощутил тоску и апатию. Он еще раз посмотрел на портрет Розы, а потом отнес его в угол мастерской. Роза загадочно улыбалась одними уголками губ, она была как живая, и ему стало не по себе. Дом давил на него, а благодаря портрету он почти физически ощущал присутствие Розы. Это вызвало у него приступ нервозности, и он начал бросать вещи в большой дорожный саквояж, решив уехать на время.

Отъезд талантливого художника не вызвал особого удивления в обществе. Не было ничего странного в том, что он захотел посмотреть мир. Он был утонченной творческой натурой, и ему, естественно, требовались новые впечатления.

Но путешествие затянулось. Он посетил множество стран, и видел много красивых женщин, но нарисовал только нескольких из них. Те портреты он всегда возил с собой, не желая продавать их ни за какие деньги.