Где живет ведьма. Роман

Мои барабанные перепонки едва не лопнули.

– Ты с ума сошла! Ты себя видела, вообще?

– А что такого?

Я вгляделась в воду, словно в зеркало. Ну, да, не похожа на себя. Волосы мокрыми, какими-то чёрными от воды прядями облепили бледное замерзшее лицо.

– Я подумала, что это покойник всплыл! Пошли отсюда, мне страшно!

Мы стали подниматься по осыпающемуся песку на берег. Артем обеспокоенно оглядел нас.

– Я уж решил, что вы утопли, так орали!

– При утоплении не орут.

Я наклонилась за полотенцем и почувствовала оглушающую тишину.

Ну, конечно, моя роскошная спина, а я и забыла. Я резко повернулась, надеясь застать своих спутников в растерянности, но увидела в их глазах только искреннюю жалость и сострадание.

– Что? – зло спросила я.

Артем отвернулся и от неловкости даже стянул футболку и отправился к воде. Рита молчала, но не отводила взгляд от моего лица. Тогда отвернулась я.

Я села на зелёную сырую траву и обхватила руками колени. Моя спина была выставлена на всеобщее обозрение.

Я знаю, что никакой даже закрытый наглухо купальник не скроет следов моего воспитания. Мне не стыдно за их наличие. Я не считаю уж такими безобразными шрамы от ремня моего отца. Он воспитывал меня, как мог.

Я не злюсь. Я не злюсь ни на него, ни на мать, которая, стремясь придать наказаниям налёт цивилизованности, придумала график моего дня. Эта бумажка формата А4 висела на холодильнике, укреплённая забавными магнитиками: солнышком с беззубой улыбкой, божьей коровкой с зелёными глазками.

Почему на холодильнике висел распорядок моего дня? Ну, а где же ещё? Кухня стала моей вотчиной буквально с пеленок. Каждый должен вносить свой вклад, говаривал мой отец. Но вернусь к графику. Мама расчертила табличку, которая включала подъём, зарядку, завтрак, уроки и, конечно, в 19.00 воспитательные меры. В скобочках мама даже уточнила, что это может быть: беседа, внушение, ремень. Аккуратная моя мама! Всегда в 19.00 мама уходила.

В магазин, к соседке, во двор. Мама была очень жалостливая, и я ее прекрасно понимаю. Нелегко слушать мои лживые оправдания в надежде обойтись беседой вместо порки.

О, я делала все, чтобы избежать наказания. Я обманывала, притворялась и обещала больше никогда, никогда! А что, собственно, никогда? Я ущипнула себя за кожу на руке, чтобы вернуться в настоящее.

Вот же я сижу на бережке. Вокруг тишина и спокойствие, мирные звуки, расслабленный день.