Дорогой друг. Перевод Елены Айзенштейн

Дорогой друг. Перевод Елены Айзенштейн

Ги де Мопассан

Без романа Мопассана невозможно представить себе классический французский роман второй половины 19 века. Роман «Дорогой друг» многократно переводился на русский язык под названием «Милый друг». Переводчику данной версии романа показалось более уместным новое название. А почему, можно понять, прочитав этот гениальный роман. В центре романа находится личность, которая проходит сложный путь от служащего, мечтающего о луидоре, до миллионера. Каким был путь к успеху, рассказывает роман Мопассана.

Дорогой друг

Перевод Елены Айзенштейн

Ги де Мопассан

Переводчик Елена Оскаровна Айзенштейн

Примечания Елена Оскаровна Айзенштейн

© Ги де Мопассан, 2024

© Елена Оскаровна Айзенштейн, перевод, 2024

ISBN 978-5-0059-8832-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Часть первая

Глава 1

Кассирша дала ему сдачу со ста су, и Жорж Дюруа вышел из ресторана.

По своей природе и благодаря выправке унтер-офицера, он держался хорошо, выгибался в талии, завернув свои усы привычным военным жестом и бросив на запоздалый ужин быстрый круговой взгляд, один из взглядов молодого человека, простирающийся, словно бросок ястреба. Женщины, три маленькие работницы посмотрели на него: одна, учительница музыки среднего возраста, плохо причесанная, украшенная всегда пыльной шляпой, одетая в неизменно плохое платье, и две буржуазные дамы с мужьями, завсегдатаи этой закусочной по умеренной цене.

Когда он оказался на тротуаре, на какое-то время он остановился, спрашивая себя, что он должен делать. Было 28 июня, и до конца месяца у него в кармане оставалась три франка сорок. Это были два обеда без завтраков, или два завтрака без обедов, на выбор. Он подумал, что утренняя еда может обойтись в двадцать два су вместо тридцати, что стоили вчера вечером и у него останется еще на две закуски (хлеб с колбасой) и еще на два пива на бульваре.

Это были его большие траты и его большое ночное удовольствие, и он спустился на улицу Нотр-Дам-де-Лоретт. Он шел так же, как во времена, когда он носил гусарскую униформу, с выпяченной грудью, немного кривыми ногами, как будто только что спешился с лошади; он грубо продвигался по улице, полной народу, задевая плечом, толкая людей, находя для себя дорогу. Он слегка надвинул на ухо свою достаточно несвежую шляпу и стучал каблуками по мостовой.