Романтик. Маришка

За что пьем?

– За наше счастье.

– Я уже счастлива. Впрочем, давай.

Странное дело – не смотря на такое же нищенское существование как у меня, это женщина переполнена оптимизмом. Вот с кого надо брать пример!

Впрочем, нельзя считать, что я совсем голодранец. У меня еще целы все деньги за дом. Написана куча книг, и я, как Мартин Иден, свято верю, что когда-нибудь они принесут мне оглушительный успех. И кучу бабла, конечно.

Но что-то в душе свербело и не давало возможности полностью предаваться счастью в обществе любимой женщины.

– Что-то не так? – заставив меня вздрогнуть, спросила Марина.

Она давно за мной наблюдает, понял я. И молчим мы уже долго.

– Давай переберемся в комнату и включим телевизор. Посидим по-семейному…

Переносим кухонный стол в комнату. Включаем телевизор. Усаживаемся, я наливаю… Нисколько не покривив душой, могу сказать, что подхожу к состоянию счастья. Просто физически ощущаю, как моя прежняя жизнь сползает с меня клочками тенеты. Забыты книги и дневные заботы (например, уборка мусора) – водка и красивая женщина крутят и вертят мною, разгоняя тоску от одиночества.

Марина, по-моему, захмелела. Наблюдая за событиями на экране, повествует о своей жизни:

– Мать постоянно на мозг приседает – все пытается выдать замуж.

– Познакомь нас.

– Ага! Щас! Ещё сговоритесь…

– Ты меня уже разлюбила?

– Ты отдохни, сил наберись, я тебя снова полюблю…

Что это с ней? Или недогоняю её чувство юмора? Господи, и чего хорошего в том, что мы напились? Мозг мой, где ты сейчас, в каких облаках витаешь? А ты, здравый смысл, куда смотрел?

Наливаю водку в рюмки.

Было ли что у нас после этого, я не помню. Когда очнулся утром на диване с голой женщиной в объятиях, в черепной коробке в истерике билась с головной болью одна-единственная мысль – меня накрыла моя судьба.

Наверное, гостья уже не спала. Только шевельнулся, голос Марины:

– Как себя чувствуешь? – и нежная её ладонь очутилась в моем паху.

Во рту было сухо, как в пустыне, и горько, как после поражения нашей сборной на чемпионате мира по футболу, но я все-таки нашел в себе силы разлепить губы и ответить:

– Как в центрифуге голову кружит.

И только после этого, с трудом разлепив глаза, попытался хоть как-то замедлить вращение стен и осмотреться. На улице уже светло, и солнце светит вовсю. Дверь на балкон была открыта, а телевизор выключен. Легкий сквозняк теребил тюль окна.