Антология русской литературы XXI века. Выпуск 4/2018

Как прозаична дневная краса:

Сутолока офисной периферии

И голоса, голоса, голоса…

А для меня многократно милее

Звёздная нежность полуночной тьмы

При фонарях на пустынной аллее.

Кажется, я вспоминаю, как мы

Гибли, едва выбираясь из чрева,

Как разрушали спасительный трап.

Глянь, на ветвях одинокого древа

Тихо смеётся богиня Иш Таб.

Видишь, сияние лунного диска

Больше не льётся в оконный проём.

Только сейчас мы действительно близко,

Только теперь мы навеки вдвоём.

«Душное лето. Резиновый воздух. Усталость…»

Душное лето. Резиновый воздух. Усталость.

Как по шаблону растут городские коробки.

От детской веры почти ничего не осталось.

Глупые шоу – награда за длинные пробки

И за двенадцать часов ненавистной работы.

Надо идти, раз случилась такая дорога.

Мне не узнать в этой жизни ни где ты, ни кто ты.

Нам подошлют посторонних людей для урока.

Скоро мы впишемся в скучную армию взрослых,

Купим машины и обзаведёмся потомством.

Но поначалу добьёмся карьер одиозных.

Может тебе посчастливится стать руководством.

Это гораздо престижней, чем страсти Шекспира.

Что пубертатные грёзы об искреннем чувстве?

Лучше сродниться с суровой реалией мира.

Или мгновенно утонешь в его самодурстве.

И соберутся, почуяв пирушку, акулы.

Ты осознаешь, что попросту некуда деться.

От постоянного стресса уже сводит скулы

И миллионы рубцов застывают на сердце.

Даже в такую жару здесь мороз минус сорок.

Мы крепко влипли, родившись на этой планете.

Что б ни случилось, лишь ты будешь истинно дорог —

Снова мечтаю о сказочно значимом бреде.

Эти края пропитались колючим угаром.

Всюду толкучка расчётливо мыслящей расы.

Горький морфин начинает казаться нектаром

И избавляет от пут парадиза пластмассы.

Пасмурный взгляд отражает брезентное небо.

Я опускаю налитые тяжестью веки

И, запустив по болезненным венам плацебо,

Перемещаюсь в страну эйфорической неги.

Ласковый ветер. Озёрные лилии. Свежесть.

Певчие птицы парят над сияющей кроной.

Уличный шум разбивает мою безмятежность —

Это по ней раздаётся мотив похоронный.

И ничего, кроме грохота траурной песни…

Больше не будет по-детски наивных утопий.

Мы не поможем друг другу в период болезни.

Каменный город походит на царство надгробий.

Ярослав Жирков

О себе

Пишу с 2015 г.