Близнецы святого Николая

Подымаясь на дыбки, грозили неведомому, но страшному врагу, маленькими клешнями. Кое – где они целыми кучами кишмя кишели над выброшенными прибоем и умиравшими под солнцем «сепиями»[15 - Итальянизм: seppia – каракатица.]. Каких только не выкинуло сюда это лазурное море раковин! И длинные, как сигары, и завившиеся спиралью, и разогнувшие розовые толстые губы, и точно шарики, и Бог весть, что еще!

– Ну, что же? – остановилась Пепа.

– Погоди… Не сразу все!

– Да ты наверное знаешь?

– Еще если мне сам Симоне рассказывал об этом.

– Под золотыми балдахинами?

– Да. С страусовыми перьями.

– И с шоколадом?

И успокоенная крошка царапалась дальше.

Прогулка, впрочем, была совсем не утомительна. Волны, смочившие песок, сделали его твердым как паркет, и детские ноги не вязли. Слева прибой то и дело подкатывался к Бепи с Пепой и как опытный продавец раскидывал перед ними белое кружево. Только это кружево не оставалось на старом золоте отмели, а просачивалось в нее и исчезало.

Бепи сначала, как и Пепа, пугался и отбегал от прибоя, но скоро привык и смело шлепал по нем толстыми подошвами. Положим, пустыня пустыней, но нет – нет да из садов справа донесется песня или ржание жеребенка. Вверху белыми искрами мелькают голуби. Вот они скучились и, описав громадный круг, точно упали в чащу зеленых вершин. И тотчас же в той стороне неба, где они только что были, показалась большая рыжая птица. Бепи даже различил, как между громадными крыльями точно повисла вниз остроклювая голова ее и короткие, но сильные лапы.

– Бепи?

– Ну?

– Это не из тех, что уносят к волшебникам девочек?

Бепи сначала струхнул, но потом сообразил, что птица все – таки мала для этого.

– Пусть – ка посмеет.

– А что?

– Я ей задам.

– Чем задашь?

– Палкой.

– Да у тебя нет палки.

– Нету? В самом деле нет… Но все – таки ты не бойся. Она меня и так испугается.

И птица исчезла и опять по небу разметались во все стороны белые голуби. Уже часа два прошло и, оглянувшись назад, Пепа вдруг заплакала.

– Чего ты? – изумился братишка.

– А где он?

– Кто?

– Да наш Бари!

В самом деле, близнецы св. Николая этого никак не предвидели. Ведь всё время – их город, весь белый под этим солнцем, как мираж, стоял вон там на краю неба, а теперь его нет, точно и не бывало.