Пере-игра

Дальше неким речитативом, певучей декламацией на только ему понятном языке, он произнёс речь, а после, резко перейдя в обычный режим разговора, поднял руку над головой и произнёс:

– Примите же дар природы в своё чрево, дабы отрешиться от пагубной привычки навсегда!

Официанты уже заботливо разнесли и поставили перед каждым сидящим стаканы с янтарным яблочным компотом и пирожки с особенной начинкой. Когда в воздухе прозвучало и зависло слово «навсегда», люди, как по команде потянулись к «дарам природы», им предоставленным.

Возможно, в этом присутствовала какая-то доля гипноза, но отказов не было.

Я во все глаза смотрела на магистра. Это было потрясающе. Под впечатлением оказалась не только я, но и Михаил Андреевич. Он жестом пригласил Аполлинария к себе за стол. Тот, поклонившись, изящно сошёл со сцены, мимоходом взял под руку меня и непринуждённо подошёл к Заразину в моём сопровождении. Со стороны можно было подумать, что у нас с ним наметился роман, хотя в жизни ничего подобного не было.

Мы присели за столик. Сразу подлетел официант и принялся нас обслуживать.

– Однако, вы не зря берёте свои деньги. За такое зрелище можно было заплатить и без еды, которая прилагалась, – одобрительно сказал Михаил Андреевич, вытирая салфеткой губы.

– Это не еда. Это лекарство. А чтобы лекарство лучше усваивалось, пришлось прибегнуть к эффективной подаче. Не жаль терять доход от клиентов? Теперь они все будут трезвенники по убеждению, и с моей помощью, разумеется.

– Не такой уж и доход был.

Больше мороки. Работать лучше будут, надеюсь, а то отгулы сплошные, больничные, и ходят, как вареные. Мой сбыт товара налажен и без этого.

Это было правдой. Я и раньше удивлялась, какая выгода от того, если работник не может полноценно работать.

– Рад, что у первого лица города нет никаких проблем, – заявил Аполлинарий, улыбнувшись.

Но лицо «первого лица» немного покраснело.

– Одна проблемка есть. Боюсь только магу её не решить. Самому придётся.

– Может, вы меня недооцениваете? Может, я могу больше, – возразил магистр, опустив подбородок на трость, пристально рассматривая собеседника.

– Всё может быть, всё может быть. Обсудим. Оставьте нас все! Барышня, останьтесь!

Фраза прозвучала довольно резко. Я даже удивилась, что мне позволили не уходить. После оказалось, что меня Заразин оставил в качестве свидетеля сделки. Он действительно рассказал о проблемной ситуации со своей дочерью, которую я уже упоминала магистру.