Баловень удачи и остальные причастные

У матери попроси

«Обвиняемый» тут же оценив ситуационный риск, уточнил:

– А два можно?

– Почему не двадцать…? Сразу бы хватило и на новый велик.

– А можно так?

– У матери да, у меня нет.

– Ну, Жень…, ну что тебе жалко?

– Не нуди.

– Ну, хоть рубль, в долг.

– Гоша, давай мы сделаем так: я дам тебе три рубля, но при одном условии. Те три недели, что я буду дома, ты меня никак не кантуешь. Понял?! И стараешься вообще мне на глаза не попадаться. В неделю рубль – для тебя это хорошие деньги.

Если задержусь больше – тебе еще будет два рубля.

– Задержись. Я согласен!

Кто бы сомневался, мелкий вымогатель! Но вольности особой ему давать нельзя:

– Всё! Наводишь здесь порядок. Я в ванную.

– Жень-Жень, а можно я телевизор посмотрю; там сейчас мультик будет про конька – горбунка.

– Тебе мать какое на сегодня домашнее задание дала?

– Читать Пушкина, сказку… Жень можно, а? Я только мультик посмотрю и потом сразу буду читать.

– Значит так: пока я ванной ты смотришь свой мультик.

Я только вышел – ты уже сидишь с книжкой и громко вслух читаешь. Без вариантов!

– Ага.

После этой легковесной фразы Гошка подбежал к телеку, со знанием дела включил нужный канал, и удобно устроившись на моем диване со своими друзьями – не пограничной собакой Матвеем и Кисом Негодяйкиным, приступил к процессу.

Кстати, эти два постояльца на нашей домашней жилплощади тоже имеют свойство уважать «муфики».

Когда я после освежительных и взбадривающих процедур вернулся в гостиную, то был приятно удивлен.

Гошка, удобно устроившись в кресле, бубнил для своих слушателей:

– «Ой вы гости-господа,

Долго ль ездили, куда…?»

Оказалось, мультик закончился всего минут пять назад, а Гошка умеет, если это к его выгоде, постоять за словом.

Итак, наверно мне пора представиться, чтобы любезный читатель ни на минуту не засомневался в совершенном нашем к нему почтении.

Звать величать сего товарища Евгении Борисович Багаев – студент в окончательной фазе 3 курса юридического факультета.

В конце августе, как я уже говорил, точнее двадцать шестого числа нам предстоит сдать последний экзамен за семестр по курсу Советского гражданского права и с рефератом к нему, а в общественном придворовом или придворном статусе я значусь, кстати, не без подачи моего персонального родителя, как адвокат мелкой местной советской буржу-а-а-зии!

Глаза карие, волосы темные, чуть вьющиеся, не толстый, рост – «два без четверти».