Как рождается русский человек

Должность бариста и вовсе посчитали сложной для него!

– Мы не уверены, что вы справитесь с этой работой с отсутствием какого-либо опыта доныне, поэтому в наших силах предложить вам неоплачиваемый испытательный срок, определяющий, место ли вам здесь, – сказал мужчина деловитым тоном в дешёвом пиджаке. Он являлся администратором небольшого старого кафе на окраине города, но, по-видимому, состояние помещения не мешало ему говорить нарочито важно. В его вежливом предложении слышалась беспомощность, казалось, проблема была очевидна: кафе также имело проблемы с финансами.

Из-за этого Макс, не уступая в формальностях, отказался. Тот очень расстроился, что было видно по его глазам и, как можно резвее, удалился.

«Нет, нужно отсеивать сомнительные предложения», – думал он. – «Отдать долг как можно быстрее – вот что важно, да и подзаработать на жизнь не помешало бы»

В попытке устроиться консультантом магазина на него накричали две зрелые женщины:

– Итак работы никому нет, ещё и студенты лезут под ногами! Выучись сначала, и только потом – расстраивайся из-за отсутствия вакансий!

Его тщедушные попытки куда-то себя деть не увенчались успехом.

Если сказать проще, это был полный провал наряду с унижением.

Но вот в четверг в шесть часов вечера в дверь Макса и Эдика, спокойно ужинавших на балконе, нервно звонили. В квартиру ворвалась Наталья Алексеевна, настороженная хозяйка их жилья. Это женщина далеко уже даже не бальзаковского возраста, с выступающей сединой на висках, которую та отчаянно закрашивала в дикий рыжий цвет, отчего её волосы одуванчиком приобретали неуклюжий вид.

Вошла она с горшком в руках, стуча своими внушительными туфлями.

– Что же у вас замок сломался? – недоумевала она, внося огромное растение, и поставила это не то дерево, не то куст, на стол. – Я полчаса пыталась открыть своими ключами дверь, да не смогла.

– Это я ключ в замке оставил, – признался Эдик. – А вы могли бы предупредить нас, что собираетесь навестить.

– Когда же предупреждать-то? Ведь я в спешке сюда приехала.

Она вымылила руки под краном, и, видимо по привычке, схватилась за губку рядом и начала протирать ею стол.

– Порядок бы у вас навести, – верещала она.

– Куда же вы спешите? – спросил Макс, чтобы та отвлеклась и не вошла во вкус, а то на Наталью Алексеевну пагубно действовала её эта неконтролируемая никем привычка – постоянно хвататься за что-то прежде, чем подумать, и не мочь остановиться.