Повесть о бурной любви

Затем она добавила, отвернувшись, с каким-то болезненным, давно приобретенным убеждением:

– Я его очень люблю…

Рохан притянул ее ближе к себе и нежно поцеловал:

– Эгле…

– Я буду любить его всегда, – продолжала Эгле, почти плача. Она обняла Рохана за шею и прижалась к нему. Рохан, гораздо более тронутый, чем он мог бы подумать, спросил ее очень низким голосом:

– А когда ты вырастешь, будешь ли ты любить меня?

Существо покачивало головой туда-сюда, как это делают уже сформировавшиеся женщины, когда вопрос уже несет в себе мучительный ответ:

– Да, да…!

– А ты выйдешь за меня замуж?

Эгле ничего не ответила, но с трепетом прижала свое лицо к его лицу.

Ее неподвижные глаза, полные слез, говорили высокой луне о том непревзойденном блаженстве, которое никогда, никогда не наступит. Она больше ничего не говорила, все время обнимая его и прижимаясь к нему своей влажной щекой.

Рохан не знал, что делать, что сказать девочке? Он чувствовал себя немного нелепо. Пока, наконец, голос Мерседес не позвал его внутрь.

Музыка закончилась, и было непростительно, чтобы воспитанный человек, как полагали в Рохане, должен был уделять такое мелочное внимание своим друзьям, которые хотели его отвлечь.

– Нет, я все слышала. Очень хорошо, Лола… Очень жаль, что когда я вернусь, я больше не услышу этого.

– Почему?

– Потому что вы будете женаты.

– Ты так думаешь? -Мерседес вскочила на ноги. Только не с этим, это слишком неформально для Лолы. Я бы хотела… – Ты не передашь мне его, Лола?

Рохан заметил:

– Если бы я был так же уверен, что проживу сто лет, как я уверен, что найду ее незамужней.

Мерседес прищурилась, и очень медленно:

– Мистер Рохан кажется мне…

– Что?

– Эй! -Ты собираешься сказать: "Мои волосы покрыты снегом"?

Мать пожала плечами от безостановочного бреда и пошла в дом.

Лола с дивана, где она жмурила глаза, уже сонные, продолжила:

"Год отсутствия в твоих прекрасных глазах…

– Какие? -спросил Рохан.

– И она настойчиво посмотрела на него, подняв глаза от пуфа, с одной из тех ироничных улыбок, которые заставляют нас задуматься, не потеряли ли мы раньше, задолго до этого, какой-то повод, который больше не будет нам предоставлен.

Наконец, посерьезнев, Рохан удалился. Эгле очень прямо прислонилась спиной к хвосту рояля. Рохан наклонился и поднял ее подбородок.

– Прощай, Эгле.

– Прощай…

– Ты хочешь поцеловать меня? -сказал он с уверенной улыбкой человека, который знает, как контролировать ситуацию.