И ты познаешь любовь

Приступив к работе, Андрей перво-наперво внимательно прочитал весь материал, который они перевели с Татьяной. Он вдумывался в каждое слово, каждую фразу, напрягая свои мозги так, что, казалось, голова расколется пополам.

– Что, что означает эта фраза? Какой смысл немецкий профессор вложил в эти слова?

Андрей листал книги и справочники по протезированию, затем снова и снова перечитывал свой перевод. Запрокинув голову, он напряженно думал, в то время как рука самопроизвольно чертила карандашом по бумаге какие-то линии, кружки и зигзаги.

– Сравнительно малый общий вес протеза и его оптимальные масс-инерционные характеристики должны обеспечивать снижение абсолютных значений поршневых движений протеза соответственно фазам шага, – методично раскачиваясь взад и вперед, Андрей тысячу раз повторял эту фразу. – Оптимальные масс-инерционные характеристики… оптимальные…

Полистав немецкую брошюру, он нашел восемнадцатую страницу, на которой был чертеж под номером восемь. Вдруг его осенило.

– Бо-о-о-же мой!!! Как же это просто! Гениально просто! – закричал Андрей во всю мощь своих легких.

Он пошарил рукой по столу и нашел папку со своими чертежами, над которыми бился столько времени, но что-то не получалось, что-то было не так. Теперь он знал, в чем была его ошибка. Нет, этот немецкий профессор просто гений! Как все просто, очень просто… Стоит всего лишь на каких-то десять миллиметров произвести смещение парциональных центров масс протеза, как это в корне изменит схему самой конструкции протеза, а следовательно, даст возможность значительно разгрузить сохраненную, обычно неполноценную конечность.

– У меня получилось, все получилось…

Его радость и восторг были так сильны, что он не мог дождаться, пока Татьяна вернется с работы домой. И когда Андрей услышал звук открывающейся двери в квартиру, он резко вскочил и, забыв о костылях, чуть не рухнул на пол.

– Танечка… Танечка… – закричал он в радостном возбуждении.

– Что? Что случилось? – девушка, не раздеваясь, влетела в столовую, где при виде Андрея, который стоял без костылей у дивана и держался за край стола, чтобы не упасть, в растерянности застыла.

– Я люблю тебя! Я люблю тебя! – кричал как безумный Андрей. – Ты даже не представляешь себе, какая ты замечательная. Ты была права. Я перевел немецкую статью до конца. Я нашел в ней то, над чем бился все эти месяцы. У меня получилось, все получилось.