Ольга

«Интересно, а мой ребенок… – подумал Крутов, – на кого был бы он похож, если бы…»

В то летнее утро ничто не предвещало надвигающейся беды. Владимир Сергеевич под руку с женой вышел из дома и направился к автобусной остановке. Он спешил на работу, а она – в женскую консультацию. Проехав несколько остановок, Владимир Сергеевич вышел из автобуса и помахал жене рукой. Если бы он только знал, что видит ее последний раз.

В течение дня он несколько раз звонил домой, но к телефону никто не подходил.

Это показалось ему странным. У жены был выходной, и кроме как к врачу, по ее словам, она не собиралась никуда заезжать. Домой Владимир Сергеевич вернулся в восемь часов вечера. Он прошел в комнату, затем на кухню, но везде было пусто и холодно. На столике около раковины стояли две чашки и тарелка, оставленные еще утром. Владимир Сергеевич вернулся в комнату и стал искать записку, которую, по его мнению, должна была оставить жена, в случае если бы решила куда-то уехать внезапно. Но записки не было. Больше того, все указывало на то, что, выйдя утром вместе с мужем, Людмила домой так и не вернулась. Владимир Сергеевич провел еще час в бездействии, взволнованно прохаживаясь по комнате, надеясь, что вдруг жена вот-вот вернется. Когда на часах было 21:10, он стал обзванивать всех знакомых, пытаясь выяснить что-либо о жене. Но никто не видел Людмилу в этот день. Совсем отчаявшись, Владимир Сергеевич позвонил в районную больницу. В справочном бюро ему сообщили, что утром к ним доставили молодую женщину, которую сбила машина. Никаких документов при женщине не было. Одета она была в темно-серое креповое платье с белым кружевным воротником. Владимир Сергеевич медленно опустил телефонную трубку на рычаг. Дальше все было как во сне. Он выскочил из дома и поймал такси. В больнице врач, который делал операцию Людмиле, на вопрос: «Будет ли она жить?», честно и откровенно признался: «Ее спасет только чудо». И Владимир Сергеевич ждал этого чуда. Всю ночь он провел в коридоре рядом с дверью в реанимационное отделение. Более страшной и жуткой ночи, чем та, он никогда в жизни не испытывал. А утром ему сообщили, что Людмила, не приходя в сознание, скончалась.

В свидетельстве о смерти была указана причина, в результате которой наступила смерть, а на словах патологоанатом, делавший вскрытие, сказал Владимиру Сергеевичу, что его жена была на втором месяце беременности. Он этого не знал.