Шарусси

Тот действительно выглядел увлечённым, его глаза отзывчиво блестели, отражая закатное солнце. Я улыбнулась, предвкушая последующее замешательство:

– Сладкой хурмой и пышными свадьбами.

Нет, а на что он рассчитывал? Будь она хоть чем-то значима, уж неужели он бы не услышал о ней раньше?

– Шутишь? У вас же в Рубдоке железо добывают.

– Это в северных эриях, в моей – хурма и свадьбы.

Тэср будто призадумался, каким боком можно продолжить светский разговор ни о чём, но сдался и свернул на более плодовитую тему:

– Я давно не видел Аброра, года три или четыре.

Как он жив?

– Мы не особо сблизились, – тут точно ни к чему кривить душой, личные симпатии для взрослых людей почти ничего не значат. – Жив и ворчит по делу и без. Без дела даже чаще.

– Старый он, – понимающе хмыкнул Тэср и внезапно указал в сторону. Я машинально проследила за направлением. – Смотри, вот если двигаться прямо по этой улице, там будет торговая площадь, если свернёшь по указателю направо, то выйдешь к театру, библиотеке и Университету, а если налево – там лавки целителей, зельеваров, травников.

Они у нас отказались на рыночной площади брать землю в наём, прячутся по переулкам.

– Потому что дорого? – невпопад уточнила я, не имея ни малейшего представления о расценках на землю и мастерские.

– Если бы. Шумно им и свидетелей много.

– Я думала, в толпе проще затеряться.

– Не все посетители любят толпу.

Я промолчала, признавая правоту Хранителя. Сильные мира сего предпочитали в высшей степени щепетильное отношение к своим персонам, индивидуальное, как принято говорить в образованном обществе.

Такие избегали толпу не потому, что не признавали, а потому что даже в ней становились объектом повышенного внимания.

По мере продвижения к центру улицы раздавались вширь, жилые дома сходили на нет, а горожан встречалось всё больше. Хранителю почтительно кланялись, награждали восхищёнными взорами, мне же доставались недоумение и любопытство. Вообще, неопрятно выглядящие женщины рядом с красивыми мужчинами всегда удостаиваются таких взглядов, по умолчанию видимые в качестве нелепого сопровождения.

Посмотрела бы я на них после десяти часов по шляху.

– Я заметила, что почти никто не вешает обереги на дверях. Почему? Жители не боятся нечисти и нежити?

– Пока я жив, им нечего бояться, – с гордостью заявил Тэср, но тут же откинул браваду: – Это только здесь, в Кэпите, в эриях я не могу контролировать ситуацию регулярно.