Растяпа. Ни ума, ни совести, ни чести

Ну и когда рулишь, средствами ворочаешь, бедным не будешь. Ты меня понял?

– Я в этом деле не из-за денег.

Назаров выдохнул в трубку, а может, вдохнул.

– Не будь наивным. В этом мире все, о чем умеют думать люди – это деньги. Возьми кого хочешь, галстук надень, обучи партийной риторике – снаружи будет парторгом, а внутри гниль и только деньги на уме. Уж поверь мне – я в этом деле собаку съел. Или ваш аппарат не такой, как наш?

Что правда, то правда. Я Чудакова вспомнил – заносчивость барина, а культура холопа.

– По голосу слышу – неделя из отпуска, а уже умотанный вдрызг.

– Да на сборы призвали – мотаюсь на Пласт каждый день.

– Похоже говенная у тебя жизнь в Увелке. Перебирайся к нам – натворим делов!

Мне приятна была его настойчивость.

– Хорошего в жизни и правда мало, но ведь бывает же….

Вобщем, не договорились.

Раздумывая над звонком Назарова, я пожалел, что, вернувшись с Кубы, отказался от правила непротивления Случаю. Сейчас бы как могло получиться: хлоп заявление на стол – ухожу, мол, парторгом в Троицкий учхоз.

Теперь во всей этой мясорубке придется изрядно попотеть и крепко подумать, чтобы добиться того, чего хочешь. Ясно одно – суетиться не буду, ничего не добьюсь.

Еще одна мыслишка засвербела – нельзя ли из дублеров перейти в главные герои, то есть сделать военную карьеру. Я уже старший лейтенант, пройду сборы – кандидат в капитаны. На «Выстрел» смотаюсь – уже майор.

Военные всегда казались мне туповатыми. Умному человеку среди них раздолье.

Почувствовав прилив глубокой нежности к людям в погонах, вспомнил свою любовь в десятом классе. Как она мечтала стать женой офицера! Если бы, исполняя ее желание, я поступил в военное училище, мы бы создали дружную семью и мотались по городам и гарнизонам Союза, пока не осели в Москве – я генералом, она генеральшей.

Короче, не жизнь у меня, а вечное движение вперед по дороге в никуда.

А когда начинаю погонять себя, ситуация развивается от плохого к худшему.

В этой жизни я себя чувствую страшно одиноким.

Что же в этом хорошего?

Битый час сидел в кресле у телефона, размышляя о Судьбе и себе. Коленный сустав хрустнул, когда я встал. Блин, всегда лучше думается на ногах. А подумать хотелось сильно. Зашел в свою комнату, притиснул к стеклу окна лоб – как там погода? даст погулять? Когда с Пласта ехали, немного вьюжило.