Растяпа. Ни ума, ни совести, ни чести

– Будем искать совершенно непьющего, – Таня пожала плечами.

Подковырнул:

– С врачебными предписаниями подойдет?

Таня просветлела на полном серьезе:

– О да, конечно!

Я возвратился к Постановлению ЦК с неприятной уверенностью, что Таня очень серьезна в делах.

Следующий раз, когда мы толпой выходили из кабинета Пашкова после аппаратного совещания, Таня остановила меня в коридоре.

– Позволь я поправлю воротничок.

Прохладные ее пальцы деловито скользнули по моей шее, а по спине пробежала дрожь.

– В зеркало надо смотреться, Анатолий Егорович, – запустила шпильку Любовь Ивановна. – Инструктора делает одежда.

Таня отступила назад, оглядела меня с ног до головы и сказала:

– Инструктор готов!

Наедине спросил:

– Как тебе аппаратные совещания наши?

– Как будто в «жмурки» играем – все одного боятся, – был ответ.

Наблюдательности не занимать! И была она среди нас интересным исключением.

– Итак, аппарат повергнут ниц, секретари уже в тебя влюблены – что мы сделаем на бис? Может, супруга твоего изберем председателем общества? Нам важно не потерять инициативы в этом вопросе.

– Нет, он безвестная личность в районе и к тому же делает карьеру на элеваторе. Нам нужен человек, к которому все бы прислушивались.

– И к тому же непьющий.

– Кто-нибудь из аппарата? Людмила Александровна, например?

– А похоже на то, что здесь есть непьющие? Благодарение всем богам за это. Партийный интеллект – ничто по сравнению с партийной тупостью. Единственное, на что они способны – вовремя остановиться, скатываясь к состоянию зеленых соплей.

По крайней мере, те, кто совсем теряет контроль за столом, в аппарате не задерживается.

– Значит, выбор у нас не особо богатый?

– Может, бросим монетку?

Повисло молчание.

Я украдкой покосился на Таню. В красной блузке и узких черных брюках она выглядела очень статно и потрясающе эффектно. Волосы ее были закручены в замысловатую прическу.

Одежда творит чудесные вещи с хорошо развитой женской фигурой, но я решил, что пока лучше воздержаться от комплиментов.

Улыбка моя застыла – оставалась лишь надеяться, что она сумеет скрыть мое восхищение.

Чисто личный аспект всей ситуации промелькнул в мозгу – по всей видимости, ответственный секретарь начинает мне нравиться и как женщина. Вряд ли мне удастся организовать с ней чисто платонические отношения, например, как с Натальей Ивановной.

Отблеск безбожно гадкого юмора вспыхнул в моих глазах. Почувствовав это, отвел взгляд.