Наши в ТАССе

– А я седьмого, – выпаливает в пику молчунам Ия, перебирая дешёвенькое монисто на груди, – выступала со своими стихами в военной академии имени Фрунзе!

– И о чём была твоя песнь? – лениво обронил Олег.

– Юмор я им читала!.. Вот это…

В 10.30 расписались,

В 10.40 разошлись.

Или ещё это…

Жили-были дед и баба

На десятом этаже.

Лифт работал очень слабо.

Они умерли уже.

– Наверняка писала бессонной ночью?

– Бессонной.

– Прочитала б – сразу уснула бы! Удивляюсь, и почему тебя не побили за такое рифмоблудие?

– А чего бить? Был даже стол!

– Вот дружок стол тебя и спас! Граждане доблестно приняли на грудь и готовы были слушать всякое хлёбово. И потом… Ты женщина. Обижать женщину под её фирмовый праздник неэтично-с!

Вошёл Терентьев, вскинул руку:

– Привет, индустриалы во главе моего лучшего друга!

Ия обрадовалась, что при постороннем человеке Олег не будет наезжать на её стишата, и она ликующе крикнула Медведеву:

– Как он вас, – кивнула на Терентьева, – величает! Лучший друг!

– Да, друг, – подтвердил Александр Иванович.

11 марта

Скрипим снизу доверху

Злой прибежал Медведев с двухчасового заседания у Колесова.

– Не звоните, – бубнит на нервах с порога, – по междугородке по личным делам! Засекают!

Татьяна недоумевает:

– Ка-ак это? Моей голове такое недоступно.

Артёмов пускается лукаво пояснять:

– На халтай дедушке позвонить можно. А как хахалю – плати.

– Как понимать личное? – добивается ясности Татьяна. – Я звоню в Ташкент Таубеншлагу по заметке и под конец одной фразой попрошу значок прислать.

Артёмов разъясняет:

– Первая часть: Таубеншлаг – человек дела.

– Значит, на одну фразу под значок заказывай телефон за свой счёт?

– Ты на правильном историческом пути.

Заглянул к нам ветхий старчик Кошельков с выпуска Б и, опершись плечом на дверной косяк, весело крикнул Медведеву:

– Как дела?

Александр Иванович вскинул руку:

– Ничего. Скрипим снизу доверху.