Во имя Камелота

Гавейн впервые с тех пор, как они вышли с ужина, посмотрел на нее.

– Не всех, – немного холодно ответил. – Обычно они не стремятся воевать, но этот мальчишка с малых лет с восторгом наблюдал за нами.

Вдаваться в подробности он не стал, но Трина не могла устоять и не узнать больше.

– И он пришел к вам и попросил научить его?

– Нет, – коротко и сухо. – Я сам предложил ему.

– Вы?! – наверное, в ее голосе слишком отчетливо было слышно недоверие, потому что он остановился.

– Да, я, – подтвердил, взглянув на нее и подняв бровь.

 – Почему это вас так удивляет?

Трина замялась.

– Я…

– Ах, да, – с ухмылкой произнес. – Должно быть, вы не ожидали от бесцеремонного козла такого. Понимаю.

Он явно издевался над ней, заставляя снова и снова жалеть о сказанном утром. Трина решила не давать ему повода для продолжения пикировки.

– Простите, если задела вас, – сказала прямо и совершенно искренне. – Я не хотела, хоть мне и не понравилось ваше поведение при встрече.

Настала очередь Гавейна поддаться удивлению.

Оно бегло скользнуло по его красивому лицу и тут же исчезло.

– Не имеет значения, – безразлично произнес. – Я давно не придаю особой ценности подобным словам. К тому же я слышал оскорбления поизысканнее и похуже, – ухмыльнулся.

Ну, вот. Даже здесь он умудрился уколоть ее.

– Обещаю вам попрактиковаться, – выпалила Трина, подхватывая подол платья, чтобы пройти вперед, подвинув рыцаря.

Фырканье, похожее на смешок, раздалось ей вслед.

– Постойте, – твердо прозвучало следом.

 – Вечером в замке может быть не так безопасно, как вы думаете. Я пойду первым, а вы следуйте за мной.

– Что вы имеете в виду? – нога Трины замерла в воздухе, и она остановилась, с опаской оглядываясь на рыцаря.

– Я имею в виду, – пояснил, снова вставая впереди нее, – что, как бы мы ни старались, время от времени в замок проникают шпионы Морганы. Узнав, что вы близки к Мерлину, они могут не быть так любезны, как я, – с ехидной улыбкой закончил он.

– Пожалуй, тогда мне не стоит их бояться, – отрезала, намекая, что любезность не была его главной чертой.

И опять что-то, похожее на фырканье.

Но слов за этим не последовало, Гавейн молча продолжил путь.

Неожиданно Трину настигла безрассудная идея.

– Как я могу научиться сражаться? – выпалила ему в спину.

Гавейн снова замер. Он медленно повернул голову в ее сторону, но не сказал ничего, как будто боялся, что ослышался.

Трина собралась с духом и повторила вопрос.