Музыка – мой аэроплан. Антология магического реализма

Это был по-настоящему статный мотоцикл с большой фарой под передним стеклом, которое служило Арону хорошей защитой от сильного ветра, когда он разгонял свой байк. У «Харлея» было продолговатое чёрное сидение, на котором могли поместиться два человека. Однако последнее время Арон ездил один.

Двигатель был чёрно-серебристого цвета.

Одиночество было нужно Арону для выполнения определённой миссии, ради которой он и ездил этим вечером в сюрреалистическом мире старой части города.

У мистического байкера была способность показывать недалёкое прошлое и будущее людям, которые заблудились на своём жизненном пути, сбились с него и не знают, как именно поступить в той либо иной ситуации.

Арон не знал, кто ему дал такое право, да и ему это было абсолютно неинтересно. Важно было то, что он всегда был готов помогать нуждающимся.

Арон был уверен, что существует одна проблема, в решении которой он был не в силах помочь – смерть родственника или любимого человека. Без исключения все остальные проблемы поддаются решению.

Хвала небесам – пока никто из неформалов не приходил к нему с проблемой такого рода.

Каждый день любитель стального коня объезжал свои владения на гордом «Харлее». Он смотрел на красивые здания, на которых были барельефы пороков и радостей. Также его взгляд часто падал на дорогу, которая сегодня была вся в сверкающей позолоте, на деревья, полуголые ветки которых иногда колыхались от ветра, и на небо с красивыми звёздами. Ему казалось, что барельеф в виде древнеримского профиля иногда двигался, но, скорее всего, это была иллюзия, вызванная чрезмерно быстрой ездой.

Арон до конца не знал, как именно он сюда попал, и где именно он был, находился ли он в забытом уголке нашего мира, либо же он ездил по другим измерениям. Быть может, он был вовсе в мире грёз предрассветного часа. Байкер лишь знал свою работу и делал её очень хорошо.

Звёзды сегодня светили особенно ярко. Арон любил свет путеводной звезды Полярис. Именно во время полнолуний, когда он не ездил на «Харлее», мужчина целиком посвящал вечера прогулкам по парку, который был здесь же, в старой части города.

Тогда к нему ещё чаще приходили философские мысли, он углублялся в раздумья, сидя на лавочке и смотря на звёзды.

Звезда Полярис в комбинации с полной луной в такие вечера по-настоящему захватывала у него дух. Вполне возможно, что после смерти его душа полетит на эту звезду, которую так воспевал Говард Лавкрафт – любимый автор Арона.

Однако луна сегодня была молодая.