Путь к святой Матроне

Мы тронулись, а тут, совершенно неожиданно, эта машина и вылетает, – сбивчиво объяснял Артем, указывая рукой на поврежденную иномарку.

К месту ДТП подъехала иномарка бизнес-класса, резко скрипнув тормозами, остановилась. Из машины вылез мужчина средних лет в дорогом костюме, невысокого роста, крепкого телосложения. Он был очень похож на водителя, погибшего в автокатастрофе. Незнакомец осмотрел место происшествия и подошел к инспектору.

– Где мой брат?! – строго спросил он, окинув цепким взглядом сначала капитана, а потом и Артема.

– А вы кто? – поинтересовался полицейский. – Ваше имя, фамилия?

– Игорь Бураков. – представился мужчина. – А что с моим братом? Где он?!

– Николай Бураков погиб, его отвезли в морг, – сообщил инспектор.

– Этого не может быть, – мужчина замолчал, пытаясь прийти в себя.

– Ваш брат выехал на красный сигнал светофора, не уступив дорогу другому транспортному средству. Будет еще экспертиза, но, думаю, тут и так всё ясно. Скорость была высокая, не справился с управлением, – объяснил полицейский.

– Кто его убил? – грозным голосом спросил Бураков.

– Гражданин, выбирайте выражения. Ваш брат погиб в дорожно-транспортном происшествии. Его никто не убивал, – поправил мужчину инспектор, поглядывая в сторону Артема.

Бураков заметил взгляд полицейского, догадался, что Артем является вторым участником ДТП. Он подошел вплотную к парню, сильным движением руки стал его душить:

– Ты ответишь за смерть моего брата. За решеткой до конца своих дней будешь гнить, понял?

– Гражданин, успокойтесь, – сотруднику ДПС удалось оттащить Буракова.

– Кто управлял транспортным средством? – спросил капитан.

Артем ответил:

– Я был за рулем.

* * *

Елена медленно открыла глаза. Белый цвет стен ослеплял, пришлось на мгновенье зажмуриться. Дверь в палату распахнулась. Вошел мужчина в штатском костюме, который представился следователем Сергеем Верниковым.

Следователь взял стул, придвинул к кровати Елены, присел. Покопавшись в портфеле, выудил из него темно-красную папку, достал бланк для протокола, принялся неторопливо заполнять его.

После перенесенной операции Елена чувствовала себя плохо. Крестообразная марлевая повязка туго стягивала голову, доставляя неудобства при каждом повороте. Правая рука лежала неподвижно, закованная лонгетой.