Увидеть свет. Роман

Но в это время ей было так тяжело сосредоточиться, постоянно ныло сердце и место на шее ниже затылка постоянно было горячим.

Она понимала, что, вероятно, в каком-то смысле переживает все стадии горя. Отрицание, гнев, торги, депрессию и принятие. Она когда то читала книгу о стадиях, которые проходит человек после случившегося с ним горя. Отрицание – неверие в то, что произошло она пережила после его отъезда, когда несколько дней подряд, в надежде его увидеть, наблюдала за чердаком соседнего дома. Затем наступила стадия гнева, когда она начала злиться на всех, кто её окружал и даже на саму себя.

После наступили торги, когда она тщетно искала выход из создавшейся ситуации и не находила его.

В день своего рождения она погрузилась в стадию глубокой депрессии и стала осознавать неизбежность того, что произошло. Этот день мать попыталась сделать хорошим для неё. Она купила ей подарки, испекла её любимый пирог, и они поужинали вдвоём. Но к тому моменту, когда она забралась в постель тем вечером, она не могла отогнать от себя грустные мысли, которые в последнее время постоянно преследовали её.

Ей бы хотелось перейти в стадию принятия, найти нужное решение и продолжить жить дальше, но у неё ничего не получалось.

В темноте по её щекам катились слёзы, когда, вдруг, она услышала стук в окно. Поначалу она решила, что пошёл дождь. Но потом она услышала его голос. Вика подскочила и бросилась к балконной двери, её сердце билось в истерике. Он стоял в темноте и улыбался ей. Она мигом открыла дверь, Артемий обнял её и долго не отпускал, а она плакала.

От него так хорошо пахло. Обняв его, она поняла, что за прошедшие со дня их последней встречи шесть недель он набрал так необходимый ему вес. Артемий отстранил её от себя, чтобы вытереть слёзы с её щёк.

– Почему ты плачешь? – Спросил он.

Вика смутилась от этого вопроса и из за того, что плакала. В этом месяце она много плакала, намного больше, чем в любой другой месяц своей жизни. Возможно, это было всего лишь действие гормонов в организме девочки – подростка, смешанное со стрессом от того, как её отец обращался с матерью, а потом ещё добавилось расставание с Артемием.

Вика схватила рубашку со стула, стоящего у кровати, и вытерла глаза. Потом они уселись на кровать. Артемий прижал её к своей груди и откинулся на спинку кровати.

– Что ты здесь делаешь? – спросила она.

– Сегодня день твоего рождения, – ответил он. – И ты всё ещё самый дорогой для меня человек. И я по тебе скучал.