Поиски проклятых

 – Мне еще на ярмарку нужно успеть и монеты забрать у хозяев. Не зря же я их семь лун терпела!

– Помолчи-ка, – кот навострил уши. – Я что-то слышу там, впереди.

Лира замерла, пытаясь уловить блеяние, но услышала только ветер, стук дятла и ругань хозяина, идущего следом. Мурашки побежали по телу.

– Это овца! Ты слышишь овцу! – с надеждой пискнула она, мельком обернувшись на звуки проклятий.

– Похоже на то, – удивленно согласился кот. – Только она…

Дальнейшее Лира пропустила мимо ушей. Рванув с места, она понеслась в сторону, указанную котом – туда, где, надо полагать, бродило неразумное животное.

***

Под ногами хрустели ветки. Лира то и дело замирала, прислушиваясь, ускоряла шаг и замирала снова. Если не найдет овцу, пожалуй, возвращаться не станет. Или все же станет? Идти на поводу кота не хотелось, но еще меньше хотелось упустить семилунный доход из-за клятой усталости и глупой скотины, так не вовремя решившей удрать.

Вдали раздалось приглушенное «бе-е» вперемешку с мужскими голосами.

Лира остановилась и заинтересованно хмыкнула. Странники? Маги?.. Разбойники?! Судя по крикам, у них намечалась нехилая заварушка. Может, они шли в город, набрели на овцу и теперь пытаются поделить случайную находку?

Но когда Лира вышла на дорогу, ее брови невольно поползли вверх. На обочине кучковались трое: одетые и вооруженные не по-рыцарски – по-деревенски; у одного – топор, второй с ножами за поясом, а самый крупный сжимал мешок, из которого вырывалось живое и непреклонное «бе-е».

Лира замерла, приоткрыв рот. Значит, все-таки воры! Нет, этот мир точно свихнулся, раз всем резко понадобились овцы! Но почему они не зарезали животное? Неужели несут на продажу тому скупщику, о котором все говорят? Размышляя, она даже забыла спрятаться. Впрочем, ее не замечали, ибо внимание шайки приковал черноволосый худощавый парнишка с палкой в руках. Тот, кого Лира приняла за вожака своры, – мужик среднего роста, с сияющей лысиной – прижимал несчастного к дереву так сильно, что Лира поначалу его и не заметила.

– Выкладывай все, что есть! И не думай шутить с нами, вошь поганая!

Остальные поддакивали. Мимолетным взглядом Лира оценила, что «вошь поганая» одет поприличнее мужланов. Сумка через плечо и длинная палка в руках выдавали в нем случайного странника, волей судьбы угодившего в лапы ворью. Мужик держал его за грудки, а парень шевелил губами, словно тихо оправдываясь.

«До смерти напуган! – определила Лира.