Зыбкие осколки. Книга историй

И действительно – в клубящихся завихрениях тумана он видит очертания, что-то поднимается из-под земли, что-то очень, очень большое.

– Видать, и правда, у тебя сегодня праздник, – шепчет он себе тихо под нос, завороженно наблюдая за гигантской фигурой, вздымающейся все выше и выше.

Зыбкий осколок 5. Безликий вокзал

Вокзал стоял посреди Безликой пустоши уже несколько столетий. Это огромное кирпичное строение с паутинами витражных вставок громоздилось посреди почти бескрайних выжженных пустырей странным чуждым наростом, пугая одичавшие человекозвериные племена.

На протяжении всего своего существования здание достраивалось, обрастало неимоверным количеством пристроек, так что в итоге превратилось в сложнейшую конструкцию, почти город в одном здании.

К Безликому Вокзалу тянулось множество железнодорожных путей со всех концов света; часть из них до сих пор активно использовалась, но большинство было заброшено и превращалось в пыль, заносилось пеплом и песком. Из сохранившихся маршрутов регулярными были только три: Морской, который тянулся из Объединенной Восточной Республики большей частью по насыпи через Внутренний океан; Лунный, что шел из Светлого королевства; и, конечно, самый популярный, Подземный путь, который вел из самого Затерянного мира.

Никто уже не помнил, зачем основатели Вокзала построили его в столь странном месте, посреди пустоши. Возможно, раньше тут был город, но ни одной постройки вокруг не сохранилось. Однако, со временем, сам вокзал стал важнейшим торговым пунктом, и к нему стали тянуться вольные торговцы, криминальные структуры и даже крупные государства.

Здесь можно было продать и купить абсолютно все: от редчайших тканей, приправ и летательных аппаратов до наркотиков, оружия и экзотических наложников.

Поезд семнадцать дробь сорок пять прибыл по Подземному пути с опозданием в три недели. Последнее время подобные задержки уже входили в норму – пути были старые, с деревянными шпалами, которые в туннелях отсыревали и рассыпались в труху, а следить за ними было некому.

Так что поезд шел медленно, да еще приходилось время от времени чинить пути прямо по ходу движения. Но три недели – это был абсолютный рекорд, и Карл извел все нервы в томительном ожидании семнадцатого.

Так или иначе, но поезд прибыл на станцию. Огромная машина с мощными светодиодными фонарями, пробивавшими своим светом вечную темноту Подземного пути, оглушительно ревела и исходила паром.