Межи мои. Воспоминания Елены Шанявской

Дети ходят в единственных рваных чулках (по 3 пары новых износили за эту зиму, просто не навяжешься), рубашки все у них порвались, сама я обносилась бельем, а сшить некогда, впору лишь дыры чинить. Хоть бы мама[18 - Имеется в виду свекровь, Аделаида Ивановна.] приехала к нам. После Рождества я писала маме в Полоцк, но от ней нет письма.

А тут на кону срок Нюше. Ведь в марте будет ей срок и домой уйдет. Я порешила взять девочку из заведенья. Сколько вот пытала, нет ли у кого на примете, и все нет и нет, не только приходящей, а никакой.

Ответь пожалуйста, что ты думаешь про это, да поскорей, а то ведь время-то не ждет, в половине марта нужно будет взять девочку из Орла, если брать, то напиши.

Любящая тебя твоя Лиза»

Вскоре родились один за другим еще двое детей – Анюта и Володя. Они прожили недолго – умерли от скарлатины, которой переболели все дети в семье. Это был очень тяжелый удар для папы, безгранично любившего маленькую Анюточку, умершую всего трех лет от роду.

Девочка эта была действительно прекрасной как наружностью, так и по своим проявлениям. Портрет ее был в Шеинской церкви, где она изображена в виде младенца Христа на руках у Богоматери. Чудные, ясные, голубые глаза и ярко рыжие вьющиеся волосы.

Она, бывало, распевала песенки. Очень ласкова, ясна, послушна и заботлива. Помню, как она, поднявши крошечный пальчик, говорила нам, старшим своим сестрам и брату: «Тише, дети, тише – папа спит». И ходила на цыпочках, хотя папа спал за несколько комнат от нас.

Рассказывали, что папа чуть с ума не сошел от этой потери. Много лет спустя я как-то (уже взрослая) заговорила об Анюточке, папа отвечал, но вот голос его задрожал, он отвернулся к стене, чтобы не заметили на его глазах слезы. Так крепко и глубоко было у папы чувство любви.

Мне было пять лет, когда умер дедушка – Алексей Петрович Новиков. Перед этим он целый год лежал, разбитый параличом. Причиной для паралича послужило большое несчастье – в одну ночь угнали всех взрослых лошадей.

Умер дедушка, и осталась хозяйкой мама.

А хозяйство оказалось в самом жалком положении, так как не было взрослых лошадей. Молодые жеребята еще не вполне окрепли, чтобы заменить взрослых, украденных.

Мама с ужасом думала зимой о наступающей весне: как-то она справится вести хозяйство, в которое она до сих пор не вмешивалась.