Альманах Международной Академии наук и искусств «Словесность». Том 1

Приболела немного, а так все на заводе да на заводе с утра до вечера. На второй этаж поднимайся, милок, квартира четыре. Уж прости, что тебя обложила. Шляется тут один, по ранению демобилизованный. К внучке моей пристал, как репей колючий. Вот и отправила девку в деревню…

Екатерина Рябинина оказалась постаревшей, осунувшейся, потерявшей былую привлекательность женщиной. На вид ей было лет пятьдесят, хотя Клава говорила, что мачехе нет и сорока. Михаэля впустила не сразу.

– Кого там еще носит?

– Я… я… – запинаясь от волнения пробормотал Михаэль, – я в госпитале лежал.

– Ну а я тут при чем? – перебила из-за двери мачеха Клавы.

– Я с Клавой… Я… Мы воевали вместе…

Дверь открылась рывком.

– С Клавдией?! Вместе?! Проходи…

Михаэль прошел в комнату.

– Присаживайтесь, – перешла на «вы» Екатерина, увидав звездочку на погонах. – С Клавочкой, значит, служили? Ну как там она? Писем-то нету. Почитай, как год уже. И сестре не пишет, и брату. Что с ней? – с надрывом спросила мачеха.

Михаэль замер. Он рассчитывал у Екатерины узнать о Клаве и с опозданием понял, что мачехе известно меньше, чем ему.

«Она ничего не знает, – пронеслось в голове. – Как ей сказать, что я потерял Клаву?»

– Два письма только было. В последнем писала, что Михаила своего встретила, – продолжала, делая видимое усилие, Екатерина. – Постой-постой, – опять перейдя на «ты» и внимательно вглядываясь в Михаэля, проговорила она, – уж не ты ли это будешь? Душу-то не тяни! Рассказывай!

Михаэль чувствовал себя так, словно под ним был не стул, а горячая печь.

Он начал с самого начала – со знакомства в поезде. Екатерина сидела не шелохнувшись. Слушала не перебивая, не задавая вопросов, с непроницаемым лицом.

– Я ротой командовал, – закончил рассказ Михаэль. – До последних минут был в бою. А потом, когда стали из окружения выходить, кинулся Клаву искать, но, – развел он руками, – медсанбата уже не было.

Михаэль понимал, что его голос звучит фальшиво. Только сейчас он осознал, что случилось на Волхове. А случилось то, что он бросил Клаву. Она ждала его, она ему верила… Убедившись, что убитая девушка под деревом не Клава, он побежал догонять Игнатьева, а должен был остаться, искать и во что бы то ни стало найти. Живой или мертвой.