Альманах Международной Академии наук и искусств «Словесность». Том 2

Но с возрастом приступы отчаяния и депрессии с новой, изощренной силой вгрызались в ее тело – и она ушла в сказку…

Нафантазировала себе розовый сон детской комнаты, в которой только она играла в большие розовые шары, подкидывая их до самого потолка, только она пускала мыльные пузыри, глядя сквозь них на яркое солнце, только она растягивала шары из жевательной резинки до чудовищных размеров…

Каждый месяц она ездила в Лондон на модные показы модельеров – особенно любила Александра Маккуина. Этот сказочник, этот волшебник женских снов, как он нестерпимо точно и до кровавой боли на кончиках пальцев понимал женскую душу! Казалось, что он сам обладал ею! Одухотворяющей, нежной, способной летать подолгу, на длинные космические дистанции, вверх и вниз! Он способен был протыкать своим мироощущением весь Космос…

Кое-что из его авторских коллекций она приобретала и на основе оригиналов шила маленькие модели для своей куколки Эдиты.

Ее любимица воплощала все представления о свете, женском рае, тишине и успокоении души. В ее цветовых сочетаниях было место только светлым и теплым цветам – и ни одного холодного! Только одна теплота и нежность!

И каждый новый модный показ давал этой женщине новую краску, новое понимание окружающего ее мира, все новое – новые силы давали эти коллекции одежды. А она отчаянно нуждалась в этом мире внутри себя…

Весь ее унаследованный дом в центре города был переделан под вкусы ее маленькой куколки. Заново сварены лестницы из особо прочного металла, заново распланирован ландшафт их маленького садика перед фасадом дома – и непременно в этом садике росли миниатюрные крокусы для ее куколки и длинные величественные гладиолусы.

Для кого они росли?..

Липы в ее саду весной давали особенный, отчаянный аромат, который любили соседские пчелы. Она любила этих пчел – странное дело, все соседи вокруг протестовали против пчел соседа, а она нет. Они жалили ее, они ползали по ней, но женщина только с нежностью смотрела на них – большей боли никто на свете уже не сможет ей причинить…

Ее муж служил в одном из полицейских участков Рочестера.

Многие заводы и фабрики в окрестностях города закрылись, и их производства были перенесены в Юго-Восточную Азию.

Работа полицейского не слишком утомляла Марвина. Да. Его звали Марвин. Обыкновенный англичанин, который каждый день вставал в пять утра, брился, чистил зубы, целовал жену в лоб. И уходил на работу, предварительно выпив стакан молока и съев тост с омлетом.