От Кремлёвской стены до Стены плача…

Особенно мне нравился такой пьянящий аромат вечером! Ой, какой запах, какой запах цветов! Все это было рядом: парк, и лес – замечательный воздух. Вот они мгновения счастья.

Рядом дорога проходила, вымощенная булыжниками. Мостили в основном заключенные. Стоял конвоир с ружьем. Охрана была чисто символическая. Иногда конвоир говорил заключенному: «Подержи-ка ружье, я в туалет схожу». Никто не убегал, да и куда бежать. Заключенные на четвереньках лазили и булыжник к булыжнику выкладывали.

Булыжник – все лучше, чем глина по колено.

Ну и потом, надо же было строить и дороги через Брянск к Центральной России и на Запад, в другую сторону. Ну, а поскольку не было тогда никакого асфальта, то мостили дорогу булыжниками. Это сейчас все избаловались: асфальтобетон, да еще чего-нибудь. Заключенные мостили дорогу булыжниками, оружием пролетариата.

Весь этот поселок и мясокомбинат были связаны друг с другом едиными задачами. Был хороший дом Культуры – дворец, парк, жилые дома. Все это вместе создавало общую гармонию.

И мне, как ребенку, все это очень нравилось, тем более что я приехал из села.

И начали мы тут жить-поживать. Новый год встречали. Детей у родителей уже стало трое: Анатолий, мой младший брат, поменьше меня на два года, старший (на два года старше меня), и я.

Я помню первый Новый год, который там отмечали. Ходили в лес. Нас всех троих родители посадят в санки друг за дружкой и везут в лес выбирать елку.

Мы ходили выбирали елку. Выбрали елку такую красивую, всю пушистую. Там елок видимо-невидимо.

Потом в этих брянских лесах укрывались партизаны. Так вот эту елку срубили, привезли – пахнет хорошо! Игрушки появились у нас: флажки, стеклянные бусы, игрушка из ваты, покрытая чем-то блестящим (слюдой, что ли) – мальчик едет на санках с горы, шары-шишки красивые и свечки.

Свечки – такие подсвечники были, которые крепились прищепкой к сучкам, а сверху вставляли свечку. Свечки были красные, зеленые, синие – разноцветные. Сверху была одета звезда на елке очень красивая.

Вот мы из леса привезли елку, поставили – аромат!

Это у нас в деревне елку наряжали только у моего деда на Рождество. В то время Новый год меньше праздновали, больше – Рождество. Были рождественские елки. И у барина – мама моя рассказывала – была елка.

У крестьян никаких елок не было, даже несмотря на то, что Петр I давно уже подробно расписал, как нужно встречать Новый год: богатые должны елку ставить, а менее зажиточные должны украшать дома еловыми ветками.