Дела семейные. Рассказы

То, что в детстве казалось ему «обнаженкой», было обычной рекламой женского белья, и спустя секунду «Магазин» пополнил коллекцию хлама в мусорном мешке.

«Ну, вот и все! Археологические раскопки закончены, – выдохнул он, поднимаясь с табурета. – Хотя нет. Тут еще что-то белеет». Адвокат поднес к глазам тонкую пачку писем, перевязанных голубой тесемочкой. Развязав ее, он обнаружил четыре вскрытых послания без штемпеля. На конвертах стоял его городской адрес. Отправителем была Евгения Андреева из Дубровиц.

Это еще кто такая?

Ветлицкий вытащил из первого конверта пожелтевшую от времени фотографию и листок в клеточку из ученической тетради. «Здравствуй, Андрюша! – писала Евгения. – Ты обещал написать мне, как только приедешь. Уже прошел целый месяц, а от тебя – ни слуху ни духу. С тобой ничего не случилось? Я очень волнуюсь. Напиши, хотя бы две строчки. У меня все по-старому. На днях встретила в гастрономе Борьку Жука. Он был сильно поддатый, но меня узнал.

Отдал нашу с тобой фотку. Высылаю ее тебе. Обнимаю и жду ответа, как соловей лета. Твоя Женька».

Андрей Иванович взглянул на фото, где он стоит у речки в обнимку с длинноволосой девушкой. Точно! Это – Женька Андреева. На тот момент они встречались уже пару месяцев. Даже секс у них был. Именно здесь, под ивами, на берегу речки Мазихи. Потом он уехал получать высшее образование. Написал ей в Дубровицы два или три письма. Девушка на них не ответила.

«Дело молодое, – подумал он тогда. – С глаз долой – из сердца вон». А дальше студенческая жизнь закрутила его каруселью, и он напрочь забыл о своем блиц-романчике.

Ветлицкий еше раз взглянул на фотографию. Она была очень мелкой, сделанной с противоположного берега реки. Хотя нет! С лодки. Пацаны тогда катались по Мазихе, и Борька щелкнул их с Женькой своим «Зенитом». Девушка была тонкой, как тростиночка, с длинной русой косой. А вот лицо… Андрей мучительно пытался припомнить ее лицо, но в памяти всплывали лишь обтрепанные, по тогдашней моде, джинсовые шорты да ладно сидящая на фигурке футболка с портретом Дина Рида.

На лбу у певца было небольшое кровавое пятнышко – след «воспитательной работы», проведенной с Женькой отцом-алкоголиком.

Андрей искренне жалел подружку. Жизнь у нее была очень несладкой: больная мать, страдающий от белой горячки папашка, мотающий срок старший брат.