Скелеты из разных шкафов. Реальные истории из эпохи 90-х

И желая защитить Невенечку, объяснить материнскому сердцу причину сыновьих бед, свекровь в ночной беседе на кухне направляла на путь истинный. Полупьяненький Невенечка, повесив стыдливо голову, больше помалкивал, мыча невнятно то ли согласие, то ли возражение, а фантазийные варианты возникшей ситуации комментировала со всей страстной секретностью сама гостья. Я мало прислушивалась к этим доверительным беседам, видя их неубедительность и, увы, всякий раз безрезультатность, но один монолог резанул мой слух.

«Сыночек, – торопливо предполагала свекровь, – у тебя есть женщина?! Так ты разведись, чего ж мучиться?!» Невенечка вдруг вместо мычания отчетливо возразил: «Ты что, мама, а как же ребёнок?» Следующая фраза ночного диалога не могла не удивить теперь уже и меня: «Какой ребенок? У тебя есть где-то ещё ребёнок?»

Невенечкин ответ, что у него всем известная одна дочь, казалось, разочаровал готовую к неожиданным поворотам судьбы мамашу. Причин неожиданных запоев выявить не удалось, а и без того прохладные отношения к чужой крови и вовсе охладели.

Всё копившееся к Невенечке раздражение часто несправедливо выплескивалось на эту чужую кровь мамы пропадающего алкоголика. Летели в лицо старушки обидные слова о «поганой крови», дурной наследственности, звучали больше от бессилия, чем от здравого смыла резкие фразы о плохом воспитании (что уж там воспитывать здорового мужика). И ни капли сочувствия на рассказы матери, о том, как она, разыскивая пропавшего по всему городку, угодила на стаю бродячих собак и едва унесла ноги.

Это черствое равнодушие моей измотанной души возвращалось унизительным бумерангом, когда однажды, не вытерпев раздавливающей безызвестности, обратилась за помощью к сослуживцам Невенечки, получила такое же безучастное «ничего не знаем».

И я, по-прежнему механически выполняя элементарные условия гостеприимства, равнодушно приняла бы любой исход событий, мне даже иногда хотелось, чтобы развязка наступила пострашней, только бы всё разом закончилось.

Нененечка, бывало, пыжился, убаюкивая надеждой мамашу, но хватало этой сыновьей заботы ненадолго. Голубь мира возвращалась восвояси, обещая молиться о заблудших душах, ведь больше предпринять нечего, и старалась не спрашивать лишнего во время редких телефонных разговоров.

Последний выход

Невечкины выпады с годами становились всё глубже и страшнее, и приносили горечь не только близким, но и ему самому в минуты просветов.