Скелеты из разных шкафов. Реальные истории из эпохи 90-х

Война подарила семьям вояк неожиданные «боевые» – сумма около тысячи долларов в месяц по тем временам просто фантастическая. От этих свалившихся вдруг денег у некоторых бабёнок военного городка просто сорвало крышу: покупки тряпичного и мебельного барахла, автомобильного хлама всех мастей и щедрые вечеринки в компании малознакомых людей – гуляй рванина!

Моя цель была иная: подготовить место для отступления, каждая копейка складывалась для покупки хотя бы небольшой квартирки в родном городе.

И мне хотелось, чтобы эта пауза в отношениях стала бесконечной! Мои письма в ответ геройствующему Невенечке были редкими и казёнными, и в каждой строчке звучала готовность всё изменить.

В это время ушли из жизни один за другим мои родители, и я стала ещё решительнее – больше огорчать своими неудачами стало некого…

Помню день приезда героя в отпуск: я «работала» до позднего вечера, придумывая неотложные дела, пока завуч, знавшая о возвращении Невенечки, просто меня не выгнала… Весь путь домой меня передёргивало от неприятия неизбежности встречи, а в голове гвоздём сидела одна страшная мысль: «Лучше бы ты там остался навечно -один раз поплакала, и свобода»…

Этот год войны стал временем поразмышлять и переоценить настоящее в семье и для Невенечки.

И появление дома участника боевых действий сначала действительно принесло долгожданный супружеский мир. Но не надолго… Улетучились постепенно и обещания иной жизни, и не сдержали страсти алкоголика карьерный рост и искренняя забота о взрослеющей дочери… Мои испытания созависимой продолжались.

Месть.

Точкой отсчета для моей жёниной мести стало брошенное в лицо Невенечки обручальное кольцо, когда тот своё толи потерял, валяясь по канавам, толи пропил. Но с того вечера, получив в ответ промычавшее тупо «в смысле?», больше себя супружеской верностью не обременяла.

Сначала это была имитация загулов, которые Невенечка старательно не замечал, даже придумывал варианты моего ночного отсутствия для всё уже понимающей дочки.

«Ну раз тебе и здесь все равно, – ёщё больше раздражаясь, думала я, – будь, что будет, ты же не про-о-о-тив!» И каждое моё приключение на стороне случалось не столько из обычного недостатка мужниного внимания, сколько из ласкающей израненное самолюбие мести.

Невольные соучастники моей женской мести отличались разными достоинствами: кто-то был неутомимым и изобретательным, кто-то имел интеллект и перспективы, кто-то вообще был согласен на всё, только бы быть рядом.