Лента Мёбиуса. Социальная драма

И Цадик тут же загорелся сценарным ремеслом и желанием покорить эту непостижимую женщину. Вообще, Цадик без труда влюблялся в западных актрис, к примеру, Дженифер Лоуренс или Николь Кидман также в детстве, или Милу Йовович, красивые девки будоражили его мозг и воображение. Однако теперь вопрос стоял иначе, как преобразить психику и психическую функцию до уровня подростка. А дело было в том, что Цадик совершенно терял грань разумного и адекватного восприятия, и жизненные коллизии его загнали в угол. Его практически стерли на духовном плане, на ментальном и уничтожили морально, да, такая болезненность сквозила во всем этом.

И план ему пришел на ум сам собой, Цадик решил попробовать писать сценарии. Даже не сами сценарии, а так сказать, идейную закваску, без детальной проработки сюжетной однозначной линии. Цадик хотел попробовать себя голым мясом и заслужить симпатии и хотя бы гендерную востребованность.

Поэтому Цадик молниеносно перешел к арт обстрелу и атаке, он в сетях нашел значимый эквивалент тождественный психической функции и компенсации медийно значимому корреляту и вкратце попробовал описать идейную концепцию своего бытия на тот момент, это был май 2020 года!

Цадик начал писать этот сценарий уже тогда, и начал он такой преамбулой:

Цадик лежал на циновке на берегу Эгейского моря, за его спиной простирались пальмы, растительность, редкие могучие Платаны.

Он будто задремал на несколько минут, и потом в полудреме открыл свои теплые карие глаза. Сквозь отблески небольших прибрежных волн стояла на песке в длинной белой сорочке женщина, светлые волосы её были немного растрепаны, ветер ласкал её ослепительно белую кожу на закате. Солнце разливалось огромной алой чашей на горизонте. Волны рассыпались у её ног, и словно газировка обдавали её ступни, щиколотки, добирались до белых лодыжек…

– Бонита! Не уходи! Не уходи! – вдруг пролепетал Цадик сквозь сон и потянулся к ней своей рукой.

Волны все так же плескались у её ног, и она медленно обернулась к нему, на красивых очерченных её губах скользнула редкая застенчивая улыбка, и совершенно не поняв его реплики, потому как, вода заглушала его слова.

И она, лишь доверяясь какому-то внутреннему позыву и чутью, повернулась к нему, можно сказать, совершенно случайно и не зачем. Ветер теперь подул чуть сильнее и сквозь белую сорочку-тунику проступили очертания её тела, высокой фигуры, стройные длинные ноги, она походила на древнее божество, любопытное и надменное.