Короткий долгий путь к себе. Сказки моих учениц

– Я вижу, у тебя крыло сожжено, не иначе, мёртвую воду на себе проверяла. – Волк прищурил свои умные жёлтые глаза. – Для себя живой воды разве не попросишь, крыло заживить?

– Дал мне поручение Кузнец, я обещала его выполнить, и слово своё привыкла держать, – ответила Нелюдимка. – Кузнец важную работу выполняет, всем нужную, многим помогает. Его любой совет – на вес золота. Ему живая вода нужнее.

– Что ж, – молвил белый Волк и, как показалось Нелюдимке, улыбнулся одними глазами. – Если найдёшь пустой сосуд, куда живой воды набрать, так и быть, позволю её тебе взять.

Растерялась Нелюдимка, огляделась по сторонам. Где же здесь взяться кувшину или хотя бы стаканчику?

– Ах, – вдруг откуда-то раздался тоненький голосок, – такую смелость и такую одарённость впервые встречаю за свой век! Подумать только, беседовать с господином Волком!

Увидела Нелюдимка рядом с собой бабочку, маленькую и белую, порхала она легко и прямо в воздухе сделала изящный реверанс.

– Я случайно услышала, что Вам нужен сосуд для живой воды, уважаемая белая ворона, – пропела Бабочка. – Возьмите мой кокон, мне он больше не нужен, однако он прочен и надёжен. Воду доставите, ни капли не потеряете.

– Благодарствую, госпожа Бабочка, – кивнула Нелюдимка и, увидев кокон, прикреплённый к высокому стеблю тюльпана, сняла его осторожно клювом.

Белый Волк, видя такое дело, лишь молча посторонился и позволил Нелюдимке набрать живой воды из водопада.

– Спасибо, господин Волк, – поблагодарила ворона.

– Всегда пожалуйста, – усмехнулся Волк. – Если ещё вода понадобится, милости прошу.

Взяла Нелюдимка в клюв за края кокон с живой водой и змеиную кожу с мёртвой водой, села на спину Ветра, и полетели они обратно в кузницу.

Там уже очаг пылает, труба дымит, работа у Кузнеца вовсю кипит.

Едва только Ветер дверь в кузницу распахнул, как Кузнец произнёс:

– Вовремя вы, как раз минута в минуту. Подай-ка мне, Нелюдимка, воду сначала живую.

Протянула Нелюдимка Кузнецу кокон, где живая вода была. Кузнец взял да и выплеснул эту воду на правое крыло вороне, то самое, что повредила она мёртвой водой. И отросли перья, даже сильнее стали и чище, и крыло зажило, здоровым и целым сделалось!

– Как же так, справедливый Кузнец? – воскликнула Нелюдимка, вовсе не ожидала она такого поворота событий. – Ты же всю воду живую на моё крыло потратил, ни капли не осталось.