Растяпа. Подруга для председателя

Но его самого пригласил грассирующий глас с третьего этажа:

– Слышь, мужик, ну-ка подошёл сюда.

Спустился я. Визави – долговязый худой сутулый прыщавый очкарик попятился:

– Тебе чего?

– А чего звал?

Он не смог вспомнить и заколбасил по коридору. Пока рассматривал его спину, девицы утащили куда-то Серёгу – поднялся наверх, а в комнате пусто. Почувствовал себя одиноким и неприкаянным, этаким окурком в писсуаре – глубоко обиделся на белый свет. Некоторое время сидел в оцепенении, глядя на телевизор, не воспринимая его картинок.

Голова была пьяная, а мысли трезвые и злые. Потом пришло понимание, что до Нового Года осталось совсем ничего.

Гулкая тишина зависла над миром, а потом ахнул первый удар колокола, за ним перезвоном рассыпались другие колокола. Вслед за последним звуком жуткое молчание стянуло нервы в узел и…. наконец, грянули куранты, отсчитывая последние мгновения уходящему году. Я стоял со стаканом пива в руке на уровни груди и слушал гимн Советского Союза.

Пошёл к себе, но заблудился.

В коридоре второго этажа меня остановили:

– Молодой человек танцует?

– Молодой человек гуляет.

– А если дама приглашает?

Дама была низенькой толстенькой в очках да к тому же с азиатским профилем – короче, страшнее беса посреди леса, раскрепощённостью явно смахивающую на старшекурсницу.

– Вам очень нужен кавалер?

– Разумеется, да.

Куда деваться?

– Только для вас.

Меня подхватили под руку, и мы вошли на дискотеку.

– Ты на маскарад так вырядился? – заметила она.

– Нет. Дезертировал недавно.

– Значит, умеешь в одиночку строем ходить? – прикололась.

А я танцевал с ней медленный танец и не знал о чём говорить. В конце концов, она меня выбрала – пусть развлекает.

Кто-то пустил бутылку по кругу.

– Хочу вина, – напомнила о себе партнёрша.

Мы подвальсировали – сначала я завладел полусладким, потом оно оказалось у неё.

– Мне одной пить? – она требовательно сунула шампанским в мой припухший уголок рта. Потом стала прижиматься, и я подумал, что опять рискую быть изнасилованным.

Она подтянулась к моему уху:

– Мне кажется, ты мало за мной ухаживаешь. Как хоть тебя? Анатолий? Ну, пусть будет Толя.

Я внимательнее посмотрел на неё. Хмель мой очень был ей к лицу – обозначились белозубая улыбка и ямочки на татарских щёчках. Глаза персидские…. Что ещё? Нет, не поддамся на уговоры – пусть насилует. Наверное, я уже стал привыкать к инициативе прекрасного пола в интимных делах.