Краткая история моих тараканов

Странность и неоднозначность этого, по сути, краткого отрезка жизни, в первую очередь, состоит в том, что он, как некоторые другие занимательные феномены реальности (будь то черные дыры, шляпа фокусника или всем известная академия магии под наименованием Хогвартс) изнутри намного больше и содержательнее, чем снаружи.

К периоду зрелости от этого внутреннего объема уже почти ничего не остается: о периоде жизни до трех лет никто ничего, как правило, не помнит: от трех до шести – лишь отдельные наиболее яркие воспоминания; а дальше – уже как у кого получится, в зависимости от степени развития памяти и общей испорченности.

И это немудрено, поскольку…

Держать в долгосрочной памяти все эти многие тысячи лет внутреннего времени эволюции развития от «человеческой личинки» до маленького варвара, умеющего считать, писать и обманывать, это знаете ли, чревато…

Если держать в голове все это, уже к шести годам можно безнадежно состариться…

А так, согласитесь, природа милосердна – большая часть груза этой эпохальной истории спускается в подвал подсознания, и стареть мы начинаем (если верить научно-популярным журналам) никак не раньше четырнадцати…

Уходит все это богатство далеко не навсегда, естественно… В этой куче любят покопаться последователи Фрейда, Юнга и Хеллингера… Поговаривают, что при должном усердии (которое, как известно, иногда превозмогает рассудок) можно вспомнить даже то счастливое время, когда ты беззаботно плавал в околоплодных водах, лениво посасывая большой палец ноги.

Да…

Мир тогда был другим… Объемнее, что ли… Живее…

Его можно было взять в руки, потрясти, понюхать… Попробовать на вкус.

Оторвать выступающую его часть и посмотреть, что же там внутри…

Все было интересным. Мы собирали по округе разные стекляшки, проволочки, бусинки, обертки от конфет… На крайний случай, подходила и листва с близлежащих деревьев и кустарников… Все это закапывалось в небольшую ямку, присыпалось сверху песочком, и… Вуаля! Эй, девочка, пойдем что-то интересненькое покажу.

Естественно, сфера интересов определялась исключительно особенностями развивающегося сознания, кои, как давным-давно доказал Карл Маркс, определялись особенностями существования в определенной точке пространства и времени, то есть, выражаясь по-научному, бытием.

Я, как представитель поколения, чье детство пришлось на времена заката Советского Союза, знал места расположения дырок в заборах всех близлежащих долгостроев. Я знал, зачем нужен карбид.